9 жизней часть 22 Митя с парой приятелей с работы подрядился…
9 жизней часть 22 Митя с парой приятелей с работы подрядился подрабатывать в посёлке, кому яму выкопать, канализацию доделать (много ещё таких у кого не всё сделано), кому забор поставить, участок перекопать, козырёк над крыльцом сладить. За любую халтуру брались, потому как на работе просили запастись терпением. Ходить на работу можно и нужно, но зарплату в этом месяце задержат, в следующем - большой вопрос: выплатят ли хоть часть? Кто мог, у кого время позволяло, кто с родителями жил, те выходили, днями просиживали на базе пытаясь устроить забастовку или митинг, но Мите сидеть никак нельзя - пятеро детей. И все хотят есть, пить, одеться. Он и так уже несколько раз писал маме тайком от жены, просил денег, по возможности что-то из продуктов выслать посылкой. Оля до сих пор надеялась на силы небесные, верила, что «там» её семью не оставят в трудный час.
Книги появились у них дома: псалмы и молитвенники, журналы красочные, брошюры. Оля сначала прятала литературу от мужа, вскоре перестала – ничего дурного она не делает. Митя ругался, пытался достучаться до жены, запрещал ей ходить к Насте, но она уже не спрашивала. Забирала маленьких и уезжала вместе с ними и Настей в город. Митя не выдержал, написал тёще, описал всё как есть: про секту, про неадекватное поведение Оли, про то, что на домашние дела забила, скинула их на старшую дочь. Он помогает Наташе, бывает и сам ужин готовит или приберёт за всеми, пока жены нет, но целый день находиться дома и сторожить Ольгу не может.
«Не бить же мне её! Но как спасти от этих людей, ума не приложу» - приписал он в конце письма.
Назар Артемьевич и Софья Андреевна приехали в конце лета, Оля уже полностью находилась под влиянием общины. Глаза чумные, речи тягучие, блаженные, невнятные, вместо того чтобы прислушаться к родителям их же и пыталась завербовать, пригласить к Насте – пусть увидят, она обычный человек, вера в Создателя им только помогает преодолевать все трудности. Даже на конгресс пыталась заманить родителей в город в новый молитвенный дом, его с радостью предоставила семья новых послушников, взамен на приют у самого пастыря.
- Оля, ты с ума сошла?! Хоть чуть-чуть понимаешь, что происходит в стране? – ругалась Софья Андреевна, закрывшись с дочерью в комнате. – Тане нужна медицинская помощь! И Митя тоже так считает. Почему ты не везёшь её к врачу? Она не набирает вес, на неё взглянуть страшно, светится насквозь! Оля!!! Ты осознаёшь, что у тебя в семье происходит?!
Книги появились у них дома: псалмы и молитвенники, журналы красочные, брошюры. Оля сначала прятала литературу от мужа, вскоре перестала – ничего дурного она не делает. Митя ругался, пытался достучаться до жены, запрещал ей ходить к Насте, но она уже не спрашивала. Забирала маленьких и уезжала вместе с ними и Настей в город. Митя не выдержал, написал тёще, описал всё как есть: про секту, про неадекватное поведение Оли, про то, что на домашние дела забила, скинула их на старшую дочь. Он помогает Наташе, бывает и сам ужин готовит или приберёт за всеми, пока жены нет, но целый день находиться дома и сторожить Ольгу не может.
«Не бить же мне её! Но как спасти от этих людей, ума не приложу» - приписал он в конце письма.
Назар Артемьевич и Софья Андреевна приехали в конце лета, Оля уже полностью находилась под влиянием общины. Глаза чумные, речи тягучие, блаженные, невнятные, вместо того чтобы прислушаться к родителям их же и пыталась завербовать, пригласить к Насте – пусть увидят, она обычный человек, вера в Создателя им только помогает преодолевать все трудности. Даже на конгресс пыталась заманить родителей в город в новый молитвенный дом, его с радостью предоставила семья новых послушников, взамен на приют у самого пастыря.
- Оля, ты с ума сошла?! Хоть чуть-чуть понимаешь, что происходит в стране? – ругалась Софья Андреевна, закрывшись с дочерью в комнате. – Тане нужна медицинская помощь! И Митя тоже так считает. Почему ты не везёшь её к врачу? Она не набирает вес, на неё взглянуть страшно, светится насквозь! Оля!!! Ты осознаёшь, что у тебя в семье происходит?!