Оля опять куда-то пропала на полдня, вернулась к обеду вовремя…
Оля опять куда-то пропала на полдня, вернулась к обеду вовремя, сердить окончательно мужа не стала. Сама всё разогрела, всем положила, обедали всей семьёй, она даже заметила у Коли огромную ссадину на ноге.
- Это откуда?! – строго спросила она.
- Упал, - уткнулся в тарелку, юркий как ужонок, белобрысый и худой Коля.
Наташа тоже опустила глаза.
- Признавайтесь! – смотрела на них мама, - дрался?
Папа молча наблюдал.
- Я кому говорю!
- Ему Вовка из первого А рогатку сломал, вот они и задрались, - призналась Наташа.
- Ябеда, - кинул в неё хлебным шариком Коля, - а пусть не лезет! – шмыгнул он носом.
- Так он же старше тебя?
- Ну и что? – дулся пацан.
- А то! Нечего драки затевать!
Митя рукой остановил жену – я сам поговорю с ним – он правильно сделал.
- Ну, разбирайтесь как хотите! Раз я плохая мать, но не дай бог его мамка прибежит ко мне жаловаться, - постучала она пальцем о край стола и замолчала. Через минуту обратилась к дочери, - поешь, займёшься Стасом, я буду ужин готовить.
- Ну мам! Я хотела… - прогнусавила Наташа.
- Я тоже много чего хотела, мне помогать надо.
Наташа недовольно вздохнула, дрался Колька, а наказали её, ведь дома сидеть в такую погоду, когда все на улице это настоящая пытка - наказание, ещё и с маленьким братом. Он кричать начинал мама на её ругалась, часто просто так. Тягала Наташа за собою коляску по двору, по всем ямкам и кочкам, как гирю тяжеленную. Вот посуду помыть или прибраться – тут другое, быстро сделал и убежал, а теперь до вечера с ним возиться, мама долго готовит.
Папа поговорил с Колей, объяснил, что в драку кидаться нельзя на каждого, кто тебе обидное слово скажет. Не первый раз Николай был зачинщиком, ну или его таким выставляли, жаловались на него женщины по улице, то гусей гоняет, то камнями кидается, а если драка, то он обязательно там. Страшно представить, что будет с первого сентября, когда он в школу пойдёт.
- Не надо отпрашиваться, - объявила Оля вечером супругу, - я в субботу поеду.
- Разве в субботу работает больница? – удивился Митя.
- Да, дежурный врач должен быть, примет, но думаю, до вечера в городе задержусь, так что дети на тебе.
- Это не страшно? – Митя уж подумал, Оля хочет одним днём всё сделать, не обрадовался он, сам тяготился этих мыслей, но что делать? Шаталось всё как ветхий мостик над обрывом, и раскачивалось. Некоторые его ребята уже и работать отказывались, если зарплату хоть раз задержат. В совхозе с весны уже не платили… Обещанного повышения до сих пор не было.
Уехала Оля в субботу первой электричкой, будить никого не стала, пусть отсыпаются. А на перроне её ожидала Настя, с детьми, без мужа. Старшие помогали маме с младшими, Лиза держала на руках Илью, все жизнерадостные, полны благих намерений, мамину подругу встретили сияющими лицами, не то что дома муж. Односельчане обратили внимание на большую компанию во главе с двумя взрослыми женщинами, но уже в городе на вокзале, неслись мимо них, как будто не знают, спеша на рынок и по делам.
Настя и Оля с кучей детей пошли своей дорогой, примитивные заботы обычных людей им не интересны, у них сегодня возвышенные цели!
Прошло три месяца.
- Оль, ты не заболела? Так поправилась, особенно в животе? – спросил её Митя вечером, она как раз стояла у мойки, мыла посуду, передник плотно облегал живот.
- Да, всё нормально, - глянула она на него через плечо.
- Ты же была у врача в тот раз?
- Была и что?
- Я думал ты всё сделала, вроде денег много взяла…
- Я не смогла, - бессовестно врала Оля. Они ехали целенаправленно, вместе, на конгресс служителей «Земного человечества». Оля хотела просто посмотреть, она в этом не участвовала, тем более конгресс длится три дня. Видимо, поэтому она вернулась домой в тот день такая расстроенная, агрессивная, а муж подумал про другое и старался чтобы дети не беспокоили её.
- Ладно, - голос мужа немного дрогнул, - решила так решила, что теперь, но ты же попросишь врачей в роддоме, чтобы больше не беременеть?
- Мить… я разберусь.
Как-то не радовался супруг пятой беременности жены, возможно потому что
- Это откуда?! – строго спросила она.
- Упал, - уткнулся в тарелку, юркий как ужонок, белобрысый и худой Коля.
Наташа тоже опустила глаза.
- Признавайтесь! – смотрела на них мама, - дрался?
Папа молча наблюдал.
- Я кому говорю!
- Ему Вовка из первого А рогатку сломал, вот они и задрались, - призналась Наташа.
- Ябеда, - кинул в неё хлебным шариком Коля, - а пусть не лезет! – шмыгнул он носом.
- Так он же старше тебя?
- Ну и что? – дулся пацан.
- А то! Нечего драки затевать!
Митя рукой остановил жену – я сам поговорю с ним – он правильно сделал.
- Ну, разбирайтесь как хотите! Раз я плохая мать, но не дай бог его мамка прибежит ко мне жаловаться, - постучала она пальцем о край стола и замолчала. Через минуту обратилась к дочери, - поешь, займёшься Стасом, я буду ужин готовить.
- Ну мам! Я хотела… - прогнусавила Наташа.
- Я тоже много чего хотела, мне помогать надо.
Наташа недовольно вздохнула, дрался Колька, а наказали её, ведь дома сидеть в такую погоду, когда все на улице это настоящая пытка - наказание, ещё и с маленьким братом. Он кричать начинал мама на её ругалась, часто просто так. Тягала Наташа за собою коляску по двору, по всем ямкам и кочкам, как гирю тяжеленную. Вот посуду помыть или прибраться – тут другое, быстро сделал и убежал, а теперь до вечера с ним возиться, мама долго готовит.
Папа поговорил с Колей, объяснил, что в драку кидаться нельзя на каждого, кто тебе обидное слово скажет. Не первый раз Николай был зачинщиком, ну или его таким выставляли, жаловались на него женщины по улице, то гусей гоняет, то камнями кидается, а если драка, то он обязательно там. Страшно представить, что будет с первого сентября, когда он в школу пойдёт.
- Не надо отпрашиваться, - объявила Оля вечером супругу, - я в субботу поеду.
- Разве в субботу работает больница? – удивился Митя.
- Да, дежурный врач должен быть, примет, но думаю, до вечера в городе задержусь, так что дети на тебе.
- Это не страшно? – Митя уж подумал, Оля хочет одним днём всё сделать, не обрадовался он, сам тяготился этих мыслей, но что делать? Шаталось всё как ветхий мостик над обрывом, и раскачивалось. Некоторые его ребята уже и работать отказывались, если зарплату хоть раз задержат. В совхозе с весны уже не платили… Обещанного повышения до сих пор не было.
Уехала Оля в субботу первой электричкой, будить никого не стала, пусть отсыпаются. А на перроне её ожидала Настя, с детьми, без мужа. Старшие помогали маме с младшими, Лиза держала на руках Илью, все жизнерадостные, полны благих намерений, мамину подругу встретили сияющими лицами, не то что дома муж. Односельчане обратили внимание на большую компанию во главе с двумя взрослыми женщинами, но уже в городе на вокзале, неслись мимо них, как будто не знают, спеша на рынок и по делам.
Настя и Оля с кучей детей пошли своей дорогой, примитивные заботы обычных людей им не интересны, у них сегодня возвышенные цели!
Прошло три месяца.
- Оль, ты не заболела? Так поправилась, особенно в животе? – спросил её Митя вечером, она как раз стояла у мойки, мыла посуду, передник плотно облегал живот.
- Да, всё нормально, - глянула она на него через плечо.
- Ты же была у врача в тот раз?
- Была и что?
- Я думал ты всё сделала, вроде денег много взяла…
- Я не смогла, - бессовестно врала Оля. Они ехали целенаправленно, вместе, на конгресс служителей «Земного человечества». Оля хотела просто посмотреть, она в этом не участвовала, тем более конгресс длится три дня. Видимо, поэтому она вернулась домой в тот день такая расстроенная, агрессивная, а муж подумал про другое и старался чтобы дети не беспокоили её.
- Ладно, - голос мужа немного дрогнул, - решила так решила, что теперь, но ты же попросишь врачей в роддоме, чтобы больше не беременеть?
- Мить… я разберусь.
Как-то не радовался супруг пятой беременности жены, возможно потому что