«Пятая печать»: вопрос, на который однажды придётся ответить поступком

Люблю фильмы, которые долго притворяются почти камерной беседой, а потом вдруг выясняется, что весь разговор был ловушкой. У Золтана Фабри именно так: осень 1944 года, Венгрия, нилашистский террор, четверо знакомых сидят в кабачке, обсуждают жизнь — пока часовщик Дюрица не задаёт вопрос, после которого вечер уже невозможно вернуть к прежней лёгкости.

Сначала это кажется чистой моральной игрой. Почти философской задачкой, которую можно покрутить в голове и забыть. Но на следующий день обстоятельства заставляют героев отвечать уже не словами. И вот тогда фильм становится по-настоящему страшным: выясняется, насколько легко рассуждать о достоинстве, добре и свободе, пока цена ответа существует только в воображении.

Отдельно люблю историю русского дубляжа. Для Майи Мирошкиной «Пятая печать» стала одной из самых тяжёлых работ: она даже перечитала Апокалипсис, чтобы точнее понять внутреннюю логику фильма. А Зиновий Гердт сперва отказывался от участия из-за занятости — и согласился только после просмотра оригинала.

В 1977 году картина получила Золотой приз Московского международного кинофестиваля.

Из тех фильмов, после которых хочется не обсуждать финал, а немного помолчать.