Свадьба была шумной, как и положено свадьбе середине восьмидесятых – с тройными рушниками, караваем, шампанским «Советским». Невеста, Лариса, стояла в белом платье, которое ей было немного велико в талии, потому что портниха из ателье на Строителей взяла мерки, когда Лариса ещё не похудела на нервной почве перед регистрацией.
Жених, Виктор, был на полголовы ниже неё, с круглым добродушным лицом и залысинами, которые в двадцать шесть лет выглядели почти неприлично. Он держал её за руку влажной ладонью и улыбался так широко, что казалось – вот-вот треснет уголок рта.
В туалете Дворца бракосочетаний свидетельница, Тамара, поправляла Ларисе фату и вдруг сказала, глядя в зеркало:
— Ну ты, Лариска, даёшь. Витька-то – он же… ну, ты понимаешь. Ни рожи, ни кожи, а родители – вон какие. Квартира на Кутузова, дача в Кратово, «Жигули» у свекра. Ты его что, полюбила, что ли?
Лариса повела плечом, стряхивая невидимую пылинку с атласной ленты:
— Полюбила, не полюбила – какая разница, Томка. Его родители нас всем обеспечат. А что ростом ниже, так это мелочи.
👇👇👇
ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ...