У Алекса заложило уши, и он недовольно поморщился. Это была его небольшая проблема, которую он не хотел решать – не видел необходимости. Уши закладывало у него только в скоростных лифтах, и немного во время полетов, но летал он редко, а космонавтом и подавно становиться не собирался.
Лифтами же пользовался обычными, выбирая их из длинной вереницы. Однако сегодня он обнаружил, что в их прекрасном офисном центре – громадном корабле из стекла и бетонопластика, которым он пока был более чем доволен, есть один недостаток: на этажи, начиная с минус пятого, можно было добраться только лифтом, и только на высокой скорости.
Он как раз обдумывал, не потянет ли такое неудобство на полноценную жалобу.Если доказать, что он испытывает от скоростных лифтов непереносимые страдания, а других вариантов, как добраться до нужного места ему не предоставили…
Лифт, вздрогнув, остановился, и Алекс сглотнул, чтобы избавиться от неприятного ощущения. Дверь бесшумно открылась, и в длинном коридоре начали постепенно, щелкая, включаться лампы «человеческого» освещения. На минус тринадцатый люди заходили нечасто, тут работали автоматизированные системы и мини-роботы...
- - - - - -
И все-таки творчество - странная штука! Стивен Кинг называл это "откапыванием скелета динозавра из песка": когда начинаешь писать сцену, обычно знаешь лишь общие моменты, а подробности выясняются по ходу дела.
Вот тут, например, я просто хотела Алекса сводить в одну из технических служб офисного центра, в котором он пока проживает. А тот, неожиданность какая, оказался на минусовом этаже, и там своя, нечеловеческая, атмосфера - в 22-м веке ведь явно всю грязную работу на роботов сбросят. Интересно получилось!