За что дали Нобелевскую премию по экономике в этом году
Настало время рассказать, за что там в этом году дали Нобеля по экономике. Как обычно, премию дали за исследования, проведенные еще до моего рождения, а то и до рождения родителей (в этом году два нобелиата, работавших в разные десятилетия). Но это не отменяет актуальности открытий, и даже, наоборот, подчеркивает актуальность.
Итак, премию Государственного банка Швеции по экономическим наукам памяти Альфреда Нобеля в 2026 году получили американские экономисты Роберт Холл и Майкл Вудфорд. Получили ее за исследования, подозрительно напоминающие контент в этом канале.
По традиции дальше будет глубокие вещи в духе «для макроэкономический исследований важны микроэкономические обоснования», но я постарался написать все развернуто и предметно к российской экономике. И даже эту фразу можно перевести на человеческий язык как: «Для экономики в целом важно понимать, как себя ощущают, ведут и принимают решения домохозяйства».
Так уж вышло, что последние года два я часто пишу тексты, совпадающие в предметом исследований Холла и Вудфорда: это прозрачность ДКП ЦБ РФ, стабилизационная политика, проинфляционные ожидания населения и так далее.
Начнем с истории. Почти сотню лет назад Джон Мейнард Кейнс предложил идею, по которой государство должно стимулировать экономику во время спадов и охлаждать ее в периоды перегрева. Если люди мало покупают, компании сокращают производство и увольняют сотрудников — нужно снижать ставки и увеличивать государственные расходы. Если спрос растет слишком быстро и разгоняет инфляцию — действовать наоборот.
Сначала это работало, но уже в 1970-е концепция столкнулась с серьезной проблемой: во время нефтяных кризисов инфляция ускорялась одновременно с ростом безработицы и замедлением экономики. Оказалось, что привычные статистические зависимости работают далеко не всегда, потому что население и бизнес меняют свое поведение в зависимости от ожиданий касательно будущего.
Примерно с этого начинаются исследования нобелевских лауреатов этого года.
Роберт Холл показал, что потребление людей зависит не только от текущих доходов, но и от представлений о будущих заработках. Например, получив разовую премию в 100 тысяч рублей, человек необязательно потратит ее целиком — он может распределить деньги на несколько месяцев или лет.
А если он заранее знает о повышении зарплаты в будущем, то может уже сегодня начать тратить больше (еще даже не получив эту повышенную зарплату). Поэтому само повышение дохода, когда оно произойдет в реальности, уже необязательно приведет к новому скачку потребления.
Майкл Вудфорд чуть позже пошел дальше и помог объединить решения миллионов людей и компаний в единую макроэкономическую модель. Его модель объясняет, как процентные ставки, потребление и инфляция влияют друг на друга.
Представьте производителя мебели, который ожидает, что в следующем году подорожают материалы, аренда и зарплаты. Он может начать повышать цены заранее, даже если текущий спрос этого еще не требует.
А теперь представьте, что точно так же поступают тысячи компаний — и получается, что сами ожидания инфляции становятся одним из факторов ее ускорения.
Поэтому Центробанку недостаточно просто менять ключевую ставку. Ему важно влиять на ожидания населения и бизнеса, а для этого важно объяснять, почему ставка остается высокой и при каких условиях начнет снижаться.
Еще один важный элемент модели Вудфорда — разрыв выпуска, то есть разница между фактическим объемом производства и возможностями экономики.
Если предприятие способно производить тысячу товаров, а покупатели хотят приобрести 1300, дополнительный спрос начинает давить на цены. Причем производственные возможности могут сокращаться из-за нехватки работников, подорожания сырья или нарушения логистики, поэтому инфляция иногда ускоряется даже без увеличения спроса.
(продолжение ниже)
Китайская Угроза