Конец октября в деревне — время гулкой, прозрачной пустоты. Огороды уже чёрные, голые, только забытая капустная кочерыжка торчит из промёрзшей грядки.

Вышла поутру во двор — трава седая от инея, под обувью хрустит, как тонкое стекло. В бочке с дождевой водой — первый ледок. Пробила его ковшиком, умылась прямо так, с маху — ух, аж лоб заломило! Зато весь сон как рукой сняло.

Над крышами уже тянутся первые сизые дымки: печки затопили. Пахнет сырой осиной и прелым листом. Из-за забора выглянул сосед, дед Павел, в старом тулупе нараспашку. Посмотрел на низкое оловянное небо, вздохнул

И ушёл, покашливая в кулак. А я стою посреди двора, руки в карманы засунула, дышу этим колким, студёным воздухом — и так мне от этой простой правды спокойно. Всё идёт своим чередом.