Листья | Волобуев

Угадайте, что это за организация?

Сегодня день рождения писателя

НИКОЛАЙ ТИМОФЕЕВИЧ МАНТРОВ (1949-2004)

ЗАБОР
Фрагмент рассказа

Алексей Иванович сел на лавочку, достал новую папиросу. Посмотрел на лежавший забор и тяжело вздохнул. Вот они какие дела — упал, значит. Конечно, поставить его на место — пустяшное дело. Можно даже не менять столбы, обрезать сгнившие концы у этих и вкопать их туда, где стояли. Правда, поперечную планку придётся пустить ниже, но это ерунда. Да, подлечить забор — пустяк, но как подумаешь, что он опять упадёт...

Он ещё раз тяжело вздохнул и отвёл глаза от забора. Не мог он больше смотреть на него. Он повертел в руках погасшую папиросу, бросил её в сторону и посмотрел вдаль, стараясь не опускать глаза вниз. Дом Алексея Ивановича был крайним на деревенской улице, и сразу же за домом начинался овраг, не очень глубокий, но широкий. На дне оврага били родники, и поэтому там росли вербы, а на другой стороне, на пригорке, расположилось деревенское кладбище. Алексей Иванович не любил этого места. А раз так, то и не надо спешить туда. Лучше он будет пока жить здесь, на этой стороне, лучше будет суетиться, нервничать, делать забор. Ну и, конечно, с Клавой ругаться. От этого тоже не уйдёшь.

Алексей Иванович сразу как-то повеселел и уже не боялся ни поверженного забора, ни предстоящей работы. Да, нечего там пока делать, на той стороне, и в этой деревне ещё делов хватит. Он ещё кое-кому и тут нужен. Вот, например, Клаве. Она хоть и хорохорится иногда, а небось завоет, если муж в новый дом перейдёт. Ясное дело, завоет, как же без этого. И детям он пока нужен, хотя давно они повыросли, по своим гнёздам разлетелись. Девки-то неподалёку живут, в областном городе, а сыны аж в самую Москву забрались. Но приезжают, этого не отнимешь, не очень часто, правда, давно уже все четверо не собирались, а не забывают, наведываются. Раньше-то каждый год ездили, ну, а теперь пошла мода по тёплым морям шастать, а не в деревне отпуска проводить. Это зря такая мода пошла. Родная сторона, она и есть родная сторона, от неё никуда не денешься. Море морем, а родная земля всегда милей. Всё тут знакомо: и овраг, и кладбище за ним, и лесок, что за кладбищем виднеется. И дом вот этот, и забор. А забор, конечно, надо подлечить. Первым делом нужно столбы от досок освободить и сгнившие концы отпилить. Потом доски перебрать, кое-какие заменить, кое-какие подровнять. Потом столбы вкопать. Потом поперечные планки пустить. Потом...

Алексей Иванович встал, взял топор и гвозди, но, подумав немного, положил гвозди обратно на лавочку. Подошёл к лежавшему забору и начал не торопясь отделять доски от столбов. Освободив и то и другое, он снёс доски и столбы за дом и аккуратно сложил под стенкой, заботливо прикрыв сверху листами шифера, чтобы не мокли. После этого он взял лопату и тщательно заровнял ямки, оставшиеся от вывороченных столбов. Теперь только круглые лепёшки свежей земли да узкая полоска двора, не заросшая травой, напоминали о том, что здесь когда-то был забор. Алексей Иванович окинул взглядом свой, сразу изменившийся двор, довольно хмыкнул, поставил на место лопату, взял топор и гвозди и пошёл в дом.

http://literabel.ru/component/content/article/205-nikolaj-mantrov/2292-nikolaj-mantrov-glavnaya-stranicza.html

Стихотворение, написанное в этот день, 29 октября, очень много лет назад
Фото из интернета

ВИТАЛИЙ ВОЛОБУЕВ

ПРОЩАЛЬНЫЕ СТАИ

Я видел прощальные стаи,
Летящие так высоко,
Что взгляд еле-еле достанет
До этих живых облаков.

Они улетали неслышно,
Не звали с собою лететь
И брали всё выше и выше,
Быть может, чтоб вниз не смотреть.

И думалось утром холодным –
Мы эту измену простим,
И птицы, увы, не свободны,
И горько завидовать им.

1982

ПОЛИНА ОРЫНЯНСКАЯ

***

Пока идёт война, ни лета нет, ни зим.
Жара – пускай жара. Дожди пошли – и ладно.
Ты главное давай, Россия, вывози,
да так, чтоб никогда им было неповадно.

У дипломатов свой магический язык –
улыбка, реверанс и прочее пардоньте.
Обычный человек к обычному привык:
без паники в тылу, до талого на фронте.

А что болит душа, так это хорошо:
выходит, человек живой в тебе, не вымер.
Пока ещё пылит языческий божок,
но идолищ в Днепре топил уже Владимир.

Давай-ка закури да сплюнь, когда горчит
ядрёный дым, тоска, беда или тревога.
Всё так же зреет хлеб и так же бьют ключи.
Россия, как всегда, за пазухой у Бога.

© Полина Орынянская, 2026

Сегодня день рождения поэта

ВЛАДИМИР ВАСИЛЬЕВИЧ МИХАЛЁВ (1928-2007)

ЖАВОРОНОК

Гнездо вверх дном,
Птенцы запаханы!..
Вспорхнул и канул в небосвод.
Надрывно охает и ахает,
А люди думают —
Поёт!

1965

РАДОСТЬ

Светлою радостью радуюсь.
Лад на душе и уют.
Словно за милую сватаюсь —
И за меня отдают.
Так мне все любо и дорого!
Кстати, и сам на виду...
Будто с хорошею под руку
Лугом несмятым бреду.
Тени за нами качаются
И расстилается свет,
Кто-то корит и печалится,
Кто-то завидует вслед...

1973


* * *

Поле славы —
Поле Куликово
Множит славу озера Чудского!

Поле Бородинского сраженья —
Той же грозной славы продолженье.
Прах наполеонов и доныне
В древнерусской корчится равнине!

Пашни выступ —
Курская дуга,
Шли на приступ полчища врага.

Поработал заступ после приступа.
Много их в России, этих выступов!
По гробы ходить в Россию запросто:
Приступ-отступ —
И ворочай заступом.

1975


ЦВЕТЫ

А говорят — цветы живые...
Цветы живые на корню!
Под корень срезы ножевые
Я не хвалю и не браню...
Прощаясь с зорями
И травами —
Равно невозмутим покой,—
Светить ли им на горьком трауре,
Или на радости какой...

1977

http://literabel.ru/avtobiografiyavm.html

С днём рождения, поэт!

ЛЮДМИЛА ЧУМАКИНА

* * *

Божий бомжик бродит около дверей.
Просит бомжик – ради Бога, пожалей.
Пожалею – суну хлебушка тишком.
А хозяин меня в спину – посошком:
«Ты пахала? ты растила? ты пекла?
Отчего чужому хлебушек дала?
Ты не стой столбом, а двери отвори,
Божий хлебушек у бОмжа отбери».
Я стою, гляжу в окно, бела как мел.
Бог не выдал: бомжик хлебушко доел.

2004

* * *

Начинается. Всё начинается.
Начинается издалека.
Разминается жизнь. Разминается,
Чтоб ударить – наверняка.
Голова в ручеёк окунается –
Чтоб услышать привет ручейка.
С головой престарелой не знается –
Кто «не есть престарелый пока».
Ходит люд – красотою пленяется:
Красотой лепестка, мотылька
И не видит, как старость играется
Мутноватой водой ручейка.
На обратном пути – всё меняется...
«Кто не есть престарелый пока» –
Престарел! И уже не пленяется
Красотой лепестка, мотылька.
И не видит его и слоняется –
Кто «не есть престарелый пока».
Это попросту жизнь разминается,
Начиная – издалека...

2000

* * *

Я свыклась с тобою, судьба,
Но собою осталась.
Вплети белоснежную нитку
В мой быт и усталость.
Вплети белоснежную нитку
В кромешную ткань
Ещё раз, короткую нитку,
Последнюю малость;
Стальною иглою стихарь
Этот чёрный изрань.
Я так оценю твою позднюю
Белую метку,
Как я не ценила (в охапке) –
Жасминную ветку,
Как я не ценила шелков
Белоснежную дрожь.
Вплети белоснежную нитку –
Жасминную метку,
Чтоб чёрные нитки на ткани
Лежали не сплошь.
Зачем она мне,
Я и это по сути не знаю.
Но жизнь разлюбить не могу –
Я её вспоминаю.
Устала носить я
Линялый чернявый стихарь.
Средь белого дня я стою
И подол приминаю.
Мне белое платье окрасила
Чёрная гарь.

2001


http://literabel.ru/component/content/article/176-lyudmila-chumakina/2048-biografiya.html

Стихотворение, написанное в этот день, 28 октября, очень много лет назад

ВИТАЛИЙ ВОЛОБУЕВ

НА БЕРЕГУ ВСЕЛЕННОЙ

Посижу на берегу Вселенной,
Посмотрю её круговорот,
Этот омут, белый, звёздно-пенный,
И меня в глубины унесёт.

Полечу, свободный, бестелесный,
Потеряюсь в призрачных мирах,
Погружусь в немыслимые бездны,
Подержу галактики в руках.

Может быть, об этом мы тоскуем,
По земле безрадостно бродя,
И собой безропотно рискуем,
Душу до безумья доводя.

1990

Стихотворение, написанное в этот день, 27 октября, очень много лет назад
Автор фото Анатолий Волобуев

ВИТАЛИЙ ВОЛОБУЕВ

ОСЕНЬ-ЩЕГОЛИХА

Осень-щеголиха,
Поздняя краса,
Пожелтели тихо
Редкие леса.

Поле почернело,
На реке рябит,
На сырое небо
Никаких обид.

То мороз прихватит,
То опять тепло —
Как во вдовьей хате —
Чисто и светло.

1982

Стихотворение, написанное в этот день, 26 октября, очень много лет назад
Автор фото Анатолий Волобуев

ВИТАЛИЙ ВОЛОБУЕВ

* * *

Вот и осыпалась с веток листва,
Роща стоит ни жива ни мертва,
Руки опущены книзу.
Где вы, мои золотые слова,
Губы, что я без ума целовал,
Лета капризы?

Снег налетел, подступает зима,
И, от нарядов своих без ума,
Засеребрились деревья.
Что суждено мне — сума иль тюрьма,
Свет озаренья, забвения тьма,
К прошлому ревность?

Нет мне ответа, ложатся снега,
Всё укрывают — поля и луга,
Кутают в шубы — узнай-ка.
Только в зиме я не вижу врага,
Вылеплю бабу — и вся недолга,
Чем не хозяйка?

1988

Рекорд на Литературной Белгородчине