🙆🏻♂️Максим Каммерер: от человека, который хотел все исправить, к…
🙆🏻♂️Максим Каммерер: от человека, который хотел все исправить, к человеку, которому приходится выбирать
В «Обитаемом острове» Максим Каммерер молодой, энергичный, почти обезоруживающе открытый человек. Он вырос в мире, где человечество в целом научилось жить по гуманным правилам, а будущее выглядит скорее обещанием, чем угрозой. Максим не привык к тоталитаризму, не умеет заранее подозревать в людях худшее. Он попадает на Саракш и сталкивается с обществом, где человеческим сознанием управляют, свободу подменяют иллюзией, а насилие прикрывают красивыми объяснениями. Что делает Максим? Пытается все исправить. Быстро, решительно, по совести. Он еще верит, что если увидеть несправедливость и набраться смелости, то можно просто пойти и устранить ее. Верит, что правильная цель рано или поздно оправдает усилия. Что мир можно починить, если достаточно сильно этого захотеть. Но Саракш быстро объясняет ему, что реальность не обязана соответствовать нашим представлениям о добре. Максим меняется, адаптируется, учится действовать в условиях, где нет чистых решений. Он сталкивается с насилием, манипуляциями и последствиями собственных поступков. Его идеализм не исчезает, но перестает быть наивным. А затем проходит время и в «Жуке в муравейнике» перед нами уже не тот парень, который только что открыл для себя чужую цивилизацию. Каммерер – опытный сотрудник КОМКОНА-2. Он расследует дело Льва Абалкина, прогрессора, самовольно покинувшего Саракш. И тут возникает неприятная и очень человеческая ситуация. Когда-то Максим сам был человеком, который вмешивался в чужую реальность, потому что считал это правильным. Теперь ему поручено разбираться с другим человеком, чьи действия могут представлять угрозу. Он больше не может позволить себе роскошь простых ответов, а должен учитывать факты, риски, чужие решения, интересы системы и при этом не забывать, что перед ним не абстрактная угроза из служебного дела, а живой человек. Каммерер повзрослел. Однако взросление не гарантирует, что ты всегда будешь прав. Оно лишь лишает тебя удобной возможности не замечать цену собственных решений
⛑️Мы (медики) тоже иногда хотим спасти мир
В профессию редко приходят с мечтой стать идеальным исполнителем регламентов. Обычно хочется помогать, разбираться в сложном, уменьшать страдание, делать так, чтобы человеку стало хоть немного легче жить. А потом начинается настоящая работа. Пациент не хочет принимать препарат, родственники требуют госпитализации, человек отказывается от помощи, которую мы считаем необходимой. Коллеги видят ситуацию иначе. Риск есть, но его степень не всегда очевидна. Данных недостаточно, а решение нужно принимать сейчас. И где-то рядом уже ждут документы, комиссия, жалоба и еще несколько пациентов в коридоре. Вот ты пришел менять мир, а меняешь формулировку в заключении, потому что предыдущая недостаточно точна. Романтика, товарищи. Космос, конечно, тоже не без бюрократии. Но проблема не в том, что у нас есть правила. В медицине они необходимы: защищают пациента, врача и общество от произвола и случайных решений. Проблема начинается тогда, когда соблюдение процедуры незаметно становится важнее смысла, ради которого эта процедура вообще существует. Когда мы настолько увлекаемся правильным оформлением помощи, что на саму помощь уже почти не остается времени. И человек постепенно превращается в диагноз, строку отчета, пункт протокола или очередной случай, который надо закрыть до конца рабочего дня
В «Обитаемом острове» Максим Каммерер молодой, энергичный, почти обезоруживающе открытый человек. Он вырос в мире, где человечество в целом научилось жить по гуманным правилам, а будущее выглядит скорее обещанием, чем угрозой. Максим не привык к тоталитаризму, не умеет заранее подозревать в людях худшее. Он попадает на Саракш и сталкивается с обществом, где человеческим сознанием управляют, свободу подменяют иллюзией, а насилие прикрывают красивыми объяснениями. Что делает Максим? Пытается все исправить. Быстро, решительно, по совести. Он еще верит, что если увидеть несправедливость и набраться смелости, то можно просто пойти и устранить ее. Верит, что правильная цель рано или поздно оправдает усилия. Что мир можно починить, если достаточно сильно этого захотеть. Но Саракш быстро объясняет ему, что реальность не обязана соответствовать нашим представлениям о добре. Максим меняется, адаптируется, учится действовать в условиях, где нет чистых решений. Он сталкивается с насилием, манипуляциями и последствиями собственных поступков. Его идеализм не исчезает, но перестает быть наивным. А затем проходит время и в «Жуке в муравейнике» перед нами уже не тот парень, который только что открыл для себя чужую цивилизацию. Каммерер – опытный сотрудник КОМКОНА-2. Он расследует дело Льва Абалкина, прогрессора, самовольно покинувшего Саракш. И тут возникает неприятная и очень человеческая ситуация. Когда-то Максим сам был человеком, который вмешивался в чужую реальность, потому что считал это правильным. Теперь ему поручено разбираться с другим человеком, чьи действия могут представлять угрозу. Он больше не может позволить себе роскошь простых ответов, а должен учитывать факты, риски, чужие решения, интересы системы и при этом не забывать, что перед ним не абстрактная угроза из служебного дела, а живой человек. Каммерер повзрослел. Однако взросление не гарантирует, что ты всегда будешь прав. Оно лишь лишает тебя удобной возможности не замечать цену собственных решений
⛑️Мы (медики) тоже иногда хотим спасти мир
В профессию редко приходят с мечтой стать идеальным исполнителем регламентов. Обычно хочется помогать, разбираться в сложном, уменьшать страдание, делать так, чтобы человеку стало хоть немного легче жить. А потом начинается настоящая работа. Пациент не хочет принимать препарат, родственники требуют госпитализации, человек отказывается от помощи, которую мы считаем необходимой. Коллеги видят ситуацию иначе. Риск есть, но его степень не всегда очевидна. Данных недостаточно, а решение нужно принимать сейчас. И где-то рядом уже ждут документы, комиссия, жалоба и еще несколько пациентов в коридоре. Вот ты пришел менять мир, а меняешь формулировку в заключении, потому что предыдущая недостаточно точна. Романтика, товарищи. Космос, конечно, тоже не без бюрократии. Но проблема не в том, что у нас есть правила. В медицине они необходимы: защищают пациента, врача и общество от произвола и случайных решений. Проблема начинается тогда, когда соблюдение процедуры незаметно становится важнее смысла, ради которого эта процедура вообще существует. Когда мы настолько увлекаемся правильным оформлением помощи, что на саму помощь уже почти не остается времени. И человек постепенно превращается в диагноз, строку отчета, пункт протокола или очередной случай, который надо закрыть до конца рабочего дня