Вовремя

Первым делом при входе в торговый квартал на Антонину обрушилось жужжание и шипение. Девушка оглянулась, поправила летнее платье и углубилась в этот гам. Уже через несколько шагов она сообразила, что после бури торговые палатки покрылись толстым слоем песка, и торговцы, орудуя мини-пылесосами на аккумуляторах, аккуратно затягивали песок в пластиковые мешки. Мальчишки лет восьми-десяти выныривали из неожиданных мест, хватали наполненные песком мешки и ускользали в неизвестном направлении.

Антонина кивнула своим мыслям и переключила внимание на экран смартфона в её руке. Сверив своё положение по карте, она пошла по указателям к светящейся точке в глубине рынка. Чем дальше она продвигалась, тем настойчивее раздавались голоса, окрикивающие её на всех языках мира. Когда девушка почувствовала на правом ухе горячее дыхание. Прозвучал тонкий голос с запахом карри. Девушка вздрогнула и перешла на бег.

Антонина перепрыгивала через тюки с вещами, корзинки и тележки, уворачивалась от крючковатых рук и огибала других посетителей. За поворотом начался один из главных рядов, практически торговый проспект, по которому покупатели двигались в три ряда с каждой стороны. Только здесь она убрала смартфон и пошла прямо. На карте в конце этого ряда находилась её цель.

У Антонины зачесался нос. Она потянула руку к лицу и обнаружила в ней корзинку. В корзинке лежали батон, гаечный ключ, две шапки серого цвета, механическая точилка для карандашей, книга «Атлас растений Мордовии», коврик, пакетик с сушёными грушами, батарейки, накладные ресницы и рулон клейкой ленты. Проведя ревизию, Антонина оглянулась. Она обратилась к ближайшему прохожему:

— Это ваше? — спросила она.

— Что? А? Это, а что это? — спросил он.

Прохожий внимательно рассмотрел корзинку с предметами.

— Не моё, но если бы не батарейки, то я, может… Хотя нет, не знаю. А вы там спросите, — сказал он, показывая за спину Антонины.

Девушка повернулась, но ничего, кроме суеты у торговых палаток, не заметила.

— Где? — спросила она у пустоты, когда повернулась.

Девушка запустила пятерню в волосы и пропустила их через пальцы. К третьему такому движению до неё дошло, что корзинка пропала вместе с незнакомцем.

Антонина тут же нащупала сумочку на поясе и проверила телефон. Всё было на месте. Пожав плечами, девушка продолжила путь к цели. Когда ряд нырнул под стеклянный купол высотой с девятиэтажку, Антонина уловила запах еды. Что-то сразу заставило её испытать лёгкое удовольствие, будто она только что укусила горячую самсу. А затем в животе заурчал кот, требовательно и протяжно. Девушка прижала к животу руку. Однако кот не успокоился и, взяв управление телом, повёл девушку на запах.

В этом закутке рынка, сделанном в форме круга, по центру стояли печи, на разогретых докрасна сковородах шипели куски мяса и овощей, из круглых каменных бочонков вытаскивали лепёшки всех видов кручения. В воздухе было так много специй, что они буквально сами смешивались в новые рецепты. Антонина обошла место по кругу. Остановилась перед столиком с пирожками, купила один с печенью. Чуть подумала и взяла второй с вишней. Дождалась, когда крупные руки продавца завернули пирожки в салфетки, убрали в пакетик, отслюнявили из пачки сдачу и, подкрутив ус, махнули на прощанье.

Девушка сверилась с часами. Игнорируя свободные столики она кусала пирожки на ходу. Кот притих и отпустил контроль. В нескольких шагах до искомого места, словно поджидая её, издалека донеслось пение. Торговцы с круглыми ковриками вышли из-за палаток. Они расстилали коврики на земле, разувались и вставали босиком в центр. Когда пение сменилось игрой струнного инструмента и ритмичными звуками барабанов, торговцы и некоторые из покупателей закружились на ковриках вокруг оси. Кто по часовой, а кто против.

Антонина наблюдала за действом минуту, две, потом оглянулась и, не увидев любопытных глаз, начала кружиться. Мир смазался. Кот тут же с протестом начал швырять из неё недавние пирожки.