Как Витя двойку продавал

У Вити в дневнике, жирной красной гусеницей, сидела двойка по математике. Рядом, как почётный караул, выстроились восклицательные знаки классной руководительницы.

— Никаких ноутбуков, пока не исправишь, — отрезал папа вчера вечером. — Хоть из двоек мост построй.

Но строить мосты Витя не умел. Зато он умел красиво мечтать. О новом серебристом ноутбуке, который ждал его под ёлкой. До Нового года оставалось три недели. Три недели, чтобы превратить красную двойку в синюю пятёрку. А математичка, Зинаида Петровна, была похожа на сейф: просто так оценки не меняла.

Витя понуро тащил портфель из школы. Снег под ногами скрипел так тоскливо, что хотелось самому заскрипеть.

— Что, малец, буксуешь? — раздалось из-за сугроба.

Это был Михалыч, дворник их двора. Он выглядел как волшебник на пенсии: огромная борода, нос картошкой и метла, которая, казалось, могла летать без Михалыча.
— Двойка у меня, — буркнул Витя. — Ноутбук из-за неё тю-тю.
Михалыч оперся на метлу.
— Двойка — это мусор, — философски заметил он. — А я мусор люблю убирать. Хочешь, помогу? У меня метла не простая, а статистическая. Она любую цифру в журнале подмести может.

Витя перестал дышать.
— Правда? А как?
— Есть два правила бытовой магии, — подмигнул Михалыч. — Первое: если хочешь, чтобы цифра изменилась, нужно отдать ей часть себя. Второе: чужая оценка — это всегда долг.
— Я на всё согласен! — выпалил Витя. — Что делать надо?
— Пустяки, — махнул рукой дворник. — Принеси мне завтра до уроков свой смех. Тот, что самый звонкий. Положишь его в банку и отдашь мне. Я метлой махну — в журнале вместо «2» появится «5». Только учти: смех — вещь липкая. Отдашь его — будешь ходить серьёзный, как директор банка. Ни тебе комиксов смешных, ни с собакой поиграть по-человечески. Будешь улыбаться, а звука не будет. Как в кино с выключенным звуком.

Витя задумался. Ходить серьёзным — это, конечно, грустно. Но ноутбук-то серебристый! С подсветкой клавиатуры!
— Согласен! — твёрдо сказал он.


На следующий день Витя принёс Михалычу стеклянную банку. Внутри, переливаясь золотистыми искорками, прыгал его смех — тот самый, от которого падали со стульев даже на переменах.

Михалыч ловко подцепил банку черенком метлы, наклонил над сугробом и ловко «подмёл» двойку невидимыми, но очень шуршащими движениями.
— Готово, — сказал он. — Иди в школу, герой.

Витя ворвался в класс. Зинаида Петровна как раз заполняла журнал. Она прищурилась, посмотрела на Витю, потом снова в журнал. Провела пальцем по строчке.
— Странно, — пробормотала она. — Вижу пятёрку. Хотя вчера точно двойку ставила... Ну, раз пятёрка — значит, пятёрка.

Витя ликовал. Он бежал домой, представляя, как подключает ноутбук к сети.
Дома он первым делом схватил пульт и включил стендап. Комик рассказывал уморительную историю про кота и пылесос. Витя ждал, что сейчас затрясётся от хохота. Но внутри было тихо. Он открыл мемы. Посмотрел видео с енотом. Пустота.

Он попробовал рассказать папе анекдот. Папа засмеялся, а Витя стоял с каменным лицом. Он помнил, что должно быть смешно, но веселья не чувствовал. Смех остался в банке у Михалыча.

Вечером Витя сел за уроки. Нужно было прочитать смешной рассказ по литературе. Буквы складывались в слова, слова — в сюжет, но Витя не понимал, зачем это всё. Мир стал чёрно-белым, как старый учебник.

Он снова пошёл во двор. Снег падал густо. Михалыч курил на скамейке.
— Верни, — сказал Витя, подходя. — Верни мой смех.
Дворник покачал головой.
— Магия, малец, не возвратная. Ты купил пятёрку за свою радость. Сделка честная. Ноутбук ты получишь. А счастливым быть — это уже опция, за неё платить отдельно надо.

Витя заплакал. Но слёзы были сухие, без звука, как у взрослых в новостях.
— Я не хочу ноутбук, — прошептал он. — Я хочу, чтобы мне было смешно, когда щенок уши прижимает.

Михалыч долго смотрел на него, потом тяжело вздохнул, крякнул и воткнул метлу в сугроб.