Россия
ПОЧЕМУ СОВЕТСКИЕ ДЕТИ БЬЮТ КОВРЫ НА МОРОЗЕ?
Запись №15226-Н. Не для передачи
Ленинград
Февраль 1985
Сегодня утром вышел из подъезда и остановился. На перекладине висел огромный красный ковёр — такой, каким в Штатах украшают гостиные, а не дворы. Рядом двое мальчишек лет десяти били его деревянными выбивалками. Глухие удары расходились по двору, будто они отбивали ритм.
Ковёр был тяжёлым, промёрзшим. Я мысленно представил пятый этаж без лифта. Даже взрослым пришлось бы попотеть. Я так и не понял, как они спустили эту штуку вниз, но мальчишки работали с азартом, словно выполняли важное задание.
У моей матери был пылесос Hoover — большой, шумный, но надёжный. Раз в неделю она проходилась им по дому, и вопрос с чистотой считался закрытым.
Потом мальчишки сняли ковёр с перекладины, разложили на снегу ворсом вниз и продолжили выбивать с обратной стороны. Пыль поднималась облаком и оседала на снегу. Без розеток, фильтров и сервисных центров.
Я наблюдал, как солнечные лучи подсвечивали ледяную пыль. Мальчишки смеялись, переговаривались, руки у них покраснели от холода, но останавливаться они не собирались.
Я подошёл ближе. Один из них остановился и, переводя дыхание, спросил:
— Дядя Джон, хотите попробовать?
Я посмотрел на перчатки из мягкой козьей кожи, на ботинки, привыкшие к асфальту и расчищенным дорожкам.
— Нет, — ответил я. — У вас получается лучше.
Он серьёзно кивнул и снова ударил по ворсу. Пыль взметнулась вверх, сверкнула на солнце и осела на снег.
В Америке я привык, что чистота начинается с кнопки пылесоса. Здесь — с деревянной выбивалки и пары сильных рук.
Я собирался идти дальше, но остался смотреть, пока мальчишки не закончили.
— Archer
#ЛичныеНаблюденияАгента
Запись №15226-Н. Не для передачи
Ленинград
Февраль 1985
Сегодня утром вышел из подъезда и остановился. На перекладине висел огромный красный ковёр — такой, каким в Штатах украшают гостиные, а не дворы. Рядом двое мальчишек лет десяти били его деревянными выбивалками. Глухие удары расходились по двору, будто они отбивали ритм.
Ковёр был тяжёлым, промёрзшим. Я мысленно представил пятый этаж без лифта. Даже взрослым пришлось бы попотеть. Я так и не понял, как они спустили эту штуку вниз, но мальчишки работали с азартом, словно выполняли важное задание.
У моей матери был пылесос Hoover — большой, шумный, но надёжный. Раз в неделю она проходилась им по дому, и вопрос с чистотой считался закрытым.
Потом мальчишки сняли ковёр с перекладины, разложили на снегу ворсом вниз и продолжили выбивать с обратной стороны. Пыль поднималась облаком и оседала на снегу. Без розеток, фильтров и сервисных центров.
Я наблюдал, как солнечные лучи подсвечивали ледяную пыль. Мальчишки смеялись, переговаривались, руки у них покраснели от холода, но останавливаться они не собирались.
Я подошёл ближе. Один из них остановился и, переводя дыхание, спросил:
— Дядя Джон, хотите попробовать?
Я посмотрел на перчатки из мягкой козьей кожи, на ботинки, привыкшие к асфальту и расчищенным дорожкам.
— Нет, — ответил я. — У вас получается лучше.
Он серьёзно кивнул и снова ударил по ворсу. Пыль взметнулась вверх, сверкнула на солнце и осела на снег.
В Америке я привык, что чистота начинается с кнопки пылесоса. Здесь — с деревянной выбивалки и пары сильных рук.
Я собирался идти дальше, но остался смотреть, пока мальчишки не закончили.
— Archer
#ЛичныеНаблюденияАгента