Месяц борьбы с раком молочной железы
Несколько лет назад у нас в реанимации лежал мужчина с раком молочных (говорят, правильнее — грудных) желёз. Лежал он из-за осложнений, которые доставляли метастазы. К слову, его грудь выглядела достаточно типично, однако диагноз был подтверждён. Меня удивлял сам факт встречи с редким онкопроцессом, не работая в больнице соответствующего профиля. Что говорить о женщинах с удалённой грудью или словами «в анамнезе РМЖ» в истории болезни — это очень частая картина.
При том, что мы живём в благодатной на счёт доступности медицинской помощи стране, где каждая контора, выдающая санкнижки, снабжена рентген-кабинетом для проведения маммографии, а при желании за деньги можно вообще в любую минуту «просветить» весь организм, люди не спешат пользоваться этим прогрессом.
Авось, пронесёт, зачем деньги тратить, меня ничего не беспокоит?
Меж тем, рак молочной железы — самый частый рак в женской популяции, а значит его лечение достаточно успешно и о нём много знают в самом затрапезном онкодиспансере.
Но не смотря на мощную пропаганду профилактики, русская женщина никогда не пойдёт проверяться, пока в груди не вырастет шишка — вот теперь она готова! Готова плакать и говорить, что это всё из-за работы, неблагополучной жизни и развала СССР. Готова страдать. Это ведь у нас ментальное.(Но мы же знаем, что всё это от лени, упрямства и авося, правда?)
Есть те, кто пошли дальше и они, зная, что мама и бабушка умерли от рака груди до сих пор
Перечислять всяческий абсурд можно долго, но надо уже сейчас сделать одно: берешь маму, тётку, сестру, замученную суровой жизнью подругу, которой не до себя и тащишь к мамоллогу — не слишком романтичное место для встречи, но лучше, чем потом с апельсинами в палату онкоклиники. И будет такое доброе диспансерное дело этой осенью. 👍
#окно_в_онко