МОЙ ЮРИСТ

После смерти мужчины с его счетов исчезли почти 1,2 млн рублей. Наследники заставили банк и сотового оператора вернуть деньги

Двое сыновей пришли в банк за наследством умершего отца, но обнаружили, что его вклад уже закрыт, а деньги переведены посторонним. Выяснилось, что над счетом успели поработать мошенники. В итоге платить за чужие переводы пришлось сразу двум компаниям.

Что случилось?

У гражданина Б. были счета и вклад в банке. После его смерти двое сыновей оформили наследство и обратились за деньгами отца.

Но банк сообщил, что несколько месяцев назад уже кто-то досрочно закрыл его вклад и начал переводить деньги на чужие счета.

Сначала с текущего счета шестью переводами вывели 900 тысяч рублей. Затем еще 286 тысяч перевели на карточный счет, откуда большая часть суммы ушла постороннему человеку. Всего исчезло почти 1, 2 млн рублей.

Как выяснилось, незадолго до переводов неизвестная женщина получила у сотового оператора дубликат SIM-карты с номером умершего мужчины. Для этого она предъявила якобы нотариальную доверенность от него же.

В доверенности даже фамилия владельца номера была указана неправильно, но менеджера в салоне связи это не смутило. Позднее нотариус подтвердил, что такого документа не удостоверял: под этим реестровым номером значилась доверенность на других людей.

Получив контроль над номером, злоумышленники установили банковское приложение, через него закрыли вклад и вывели деньги. Все операции подтверждались кодами, поступавшими на телефон с дубликатом SIM-карты.

Тогда наследники обратились в суд с иском к банку и оператору связи с требованием возместить украденные деньги..

Что решили суды?

Суд указал: сотовый оператор выдал дубликат SIM-карты постороннему человеку, не проверив надлежащим образом ни его полномочия, ни подлинность доверенности. Так мошенники получили возможность принимать сообщения и коды, предназначенные владельцу номера.

Но и банк тоже виноват. Доступ к приложению осуществлялся с другого устройства из совсем другого региона. В короткий срок были закрыты вклад и проведены многочисленные крупные переводы людям, которым клиент раньше денег никогда не отправлял.

Все это указывало на признаки операций без согласия клиента. Суд посчитал, что банк должен был приостановить переводы для дополнительной проверки, а не полагаться только на правильно введенные коды.

При этом смерть вкладчика не лишила сыновей права требовать деньги: имущественные права умершего переходят к наследникам, принявшим наследство.

С банка и сотового оператора взыскали по половине похищенной суммы, а также незаконно удержанные комиссии. Дополнительно с банка взыскали около 470 тысяч рублей процентов. Еще обе компании обязали выплатить сыновьям компенсацию морального вреда и потребительские штрафы.

Оператор связи пытался доказать в кассации, что закон «О защите прав потребителей» к требованиям наследников не применяется.

Но суд с этим не согласился: соответствующие права перешли к сыновьям вместе с наследством. Решения оставили без изменения (Определение Второго КСОЮ по делу N 88-29215/2026).

Как мужчина взыскал с приставов 150 тысяч за то, что ему запретили выезд за границу из-за долгов

Герой этой истории попал в весьма распространенную в последнее время ситуацию: собирался отдохнуть с женой в Турции, купил путевки и уже приехал в аэропорт. Но на паспортном контроле его неожиданно остановили: оказалось, что приставы запретили ему выезд из России из-за неоплаченного кредита. Однако в итоге виноватым признали не только должника.

Что случилось?

У гражданина Б. образовалась задолженность по кредиту в размере 93 тысяч рублей. Банк обратился в суд, получил судебный приказ и передал его приставам.

Пристав возбудил исполнительное производство, а затем вынес постановление о временном ограничении выезда мужчины за границу.

Вот только сам Б. об этом ничего не знал. Уведомление о возбуждении исполнительного производства ему не поступило, в личном кабинете на Госуслугах никакой информации тоже не было.

Тем временем мужчина приобрел туристическую путевку в Турцию для себя и супруги за 140 тысяч рублей.

В назначенный день они приехали в аэропорт, но на паспортном контроле мужчину остановили и сообщили, что покидать Россию ему запрещено.

Поездка сорвалась, а деньги за путевку пропали.

Б. решил, что оплачивать последствия чужой ошибки он не обязан. Сначала он обратился в суд и добился признания постановления пристава о запрете на выезд незаконным.

Суд установил, что мужчину надлежащим образом не уведомили о возбуждении исполнительного производства, поэтому он даже не знал о предоставленном ему сроке для добровольного погашения долга.

После этого Б. подал второй иск — уже к Российской Федерации в лице ФССП. Он потребовал вернуть 140 тысяч рублей за путевку, расходы на такси и еще 20 тысяч рублей компенсации морального вреда.

Что решили суды?

Суд первой инстанции указал: по закону пристав вправе ограничить выезд должника при соблюдении установленных условий. Но прежде должнику должны предоставить возможность добровольно исполнить требования, а копию постановления о запрете направить не позднее следующего дня после его вынесения.

В данном случае Б. о запрете не предупредили. Если бы он знал, что не сможет выехать из страны, то просто не стал бы покупать путевку.

Поэтому суд первой инстанции взыскал за счет государственной казны 140 тысяч рублей стоимости тура, 5 тысяч рублей компенсации морального вреда и расходы на госпошлину.

А вот расходы на такси возместить не удалось: Б. не смог доказать, что действительно понес их.

Но ФССП обжаловала решение, и апелляция неожиданно встала на сторону приставов. Коллегия посчитала, что признания запрета незаконным недостаточно: мужчина должен доказать, что именно действия пристава стали причиной убытков.

Кассация с этим согласилась.

Что сказал Верховный суд?

Тогда Б. дошел до Верховного суда, который отменил решения апелляции и кассации.

ВС указал, что суд первой инстанции верно установил прямую связь между незаконными действиями пристава и потерей денег за путевку. Поэтому оснований отказывать мужчине в возмещении убытков не было.

В результате Верховный суд оставил в силе первоначальное решение о взыскании с государства стоимости отдыха и компенсации морального вреда (Определение Верховного суда по делу N 5-КГ26-91-К2).