У каждого был, а может и есть, свой личный унтер-офицер, который стоит над тобой и наносит резкие удары мокрой плетью с криком:

- ШНЕЛЬ!!

... Ты и рад бы сам двигаться быстрее, но вот только не знаешь куда.
Не знаешь как.

В очередной раз плеть возносится вверх.
Резкий удар, разрезающий воздух.

- ШНЕЛЬ!

Ты снова чувствуешь обжигающий удар, но двигаться не можешь.
Нет сил даже кричать.
Все твои всхлипы уходят в пустоту.
В вакуум вокруг.

Твой унтер-офицер не слышит воплей. В обволакивающем вакууме звук не имеет жизни.

Ему требуется иное пространство.

У каждого из нас свой мучитель. У одних внешний. У других внутренний.

Мы слишком часто кладём себя на прокрустово ложе.
Корим себя за ошибки, думаем, что живём не ту жизнь, не с теми.
Боимся осуждений, но при этом очень часто забываем, что когда мы совершаем выбор, то всегда принимаем лучший выбор для себя в моменте.

Абсолютно всегда.

И все переживания связаны с иллюзией жизни, которая могла бы быть. Блёклая тень наших надежд.
Но вот только мы не знаем наверняка, было бы счастье в том полумраке.
Хорошо там, где нас нет.
Но, ведь там, где нас нет, бывает и хуже.

Если со стороны окружающих наш выбор кажется странным, нелепым, неверным и подвергается критике - следует помнить, что это их мнение, и никто не вправе осуждать, если не прошёл твою дорогу, в твоей обуви и не натёр твои мозоли.

А теперь посмотри ещё раз в глаза своего личного унтер-офицера.
Унтер-офицер - это одно из низших званий.

Солдафон и самодур.

Согласись: если дать ему более карикатурное имя, то наше воображение перестаёт рисовать его беспощадным офицером гестапо в кожаном плаще.

Когда мы начинаем видеть в своём мучителе слабость, уязвимость, то появляются силы встать, ударить в ответ и сказать:
- Подобный остолоп, как ты, не имеет права меня судить.
...И тем более бить.