САРКАЗМ КАК МАНИПУЛЯЦИЯ

Есть ещё одна форма сарказма, которую мы не замечаем у себя.
Нам не нравится, как поступает другой человек. Мы уверены, что знаем, как было бы правильно.
Но сказать прямо: «Я хочу, чтобы ты сделал так, как считаю правильным я», звучит уже слишком... нагло.

Поэтому появляется сарказм.
Муж что-то решил:
«Ну да, конечно, ты же у нас самый умный».

Ребёнок сделал по-своему:
«Ну-ну. Посмотрим, что из этого получится».

Человек высказал мнение, с которым мы не согласны:
«Какая интересная мысль. Сам придумал?»

Вроде бы никто ничего не запрещал. Но что произошло на самом деле?
Человека попытались поставить на место.
Причём сарказм здесь работает очень тонко. Если прямо сказать другому:
«Не делай этого», он может возразить.

А если его решение высмеять, появляется совсем другое воздействие: человеку становится неловко, он начинает сомневаться в себе, боится снова оказаться смешным.
И иногда в следующий раз поступает так, как от него хотят, не потому, что согласен, а потому, что не хочет снова получить эту колкость.
Так сарказм становится способом контролировать и ограничивать другого человека.

Есть один интересный момент: очень часто мы саркастируем именно тогда, когда не можем изменить другого.
Женщине хочется, чтобы муж был другим.
Мужчине хочется переделать жену.
Родителям — взрослого ребёнка.

Нам кажется совершенно очевидным, как человеку нужно поступать, но он почему-то продолжает жить по-своему.
Сначала мы объясняем.
Потом убеждаем.
Потом раздражаемся.
А потом появляется:
«Ну конечно, делай как знаешь. Ты же всегда лучше всех всё понимаешь».

Спросите себя:
«А почему меня вообще так раздражает, что другой человек выбирает не то, что выбрала бы я?»
Потому что за сарказмом может прятаться уверенность в собственной правоте.
Я знаю лучше.
Я понимаю правильнее.
Я вижу, как тебе надо жить.
А ты почему-то меня не слушаешь.

И тогда сарказм становится ещё и способом возвыситься над другим.
Иногда это происходит через интеллект.
Мы замечаем ошибку человека и вместо того, чтобы спокойно на неё указать, высмеиваем её.
И на секунду получаем приятное ощущение:
«Ну я-то понимаю».

Иногда человек специально говорит что-то особенно острое, чтобы окружающие засмеялись.
И вроде смеются все.
Но один человек в этот момент оказался тем, над кем смеются.
Есть очень тонкая граница между юмором и желанием уколоть.
И определить её достаточно просто.

Если моя шутка делает другого человека меньше, чтобы я рядом с ним почувствовала себя больше, — дело уже не в чувстве юмора.
Поэтому, когда хочется кого-нибудь «остроумно» поставить на место, можно спросить себя:
«Чего я сейчас хочу на самом деле: пошутить или заставить этого человека почувствовать себя неправым?»

Завтра расскажу ещё об одном проявлении сарказма, который приводит к проблемам со здоровьем.