Соловецкий монастырь был в осаде восемь лет. Старообрядцы сохранили то, что в остальной стране пропало

История, история России, церковный раскол, протопоп Аввакум,XVII век, старообрядчество. Гари

Аввакум был не один, и его случай — не самый массовый.

Эта часть про тех, кто остался, и про то, что от всего этого сохранилось.

Соловки

Соловецкий монастырь — крупнейшая обитель севера, с каменными стенами, запасами, пушками и гарнизоном. Место одновременно святое и военное: крепость на дальних подступах.

Новые книги туда прислали, как и всюду. Монастырь их принял, но служить по ним не стал: сложили в кладовую и продолжали по-старому.

Уговоры шли несколько лет. Потом монастырь подал челобитную с просьбой оставить всё как было. Потом отказался подчиниться прямо.

В 1668 году к стенам пришли царские войска.

Осада продолжалась восемь лет.

Восемь. Это дольше, чем любая другая осада в нашей истории, о которой мы говорили за восемнадцать циклов.

Первые годы всё шло вяло: стрельцы стояли, монахи молились, летом торговали с окрестными, зимой войска отходили. Потом дело ужесточили.

Внутри тоже было непросто: часть братии стояла за то, чтобы не воевать с царём вообще, часть — за оборону до конца. Верх взяли вторые, к ним пристали и мирские люди, в том числе беглые.

В 1676 году монастырь взяли. Судя по источникам, помог перебежчик, показавший слабое место.

Дальше была расправа над защитниками. Подробности я приводить не буду.

Гари

Теперь самое тяжёлое.

С конца 1670-х годов по северу и северо-востоку пошли самосожжения — их называли гарями.

Люди запирались в срубах и поджигали их сами. Иногда это были десятки человек, иногда сотни.

Объяснения существуют разные, и их надо привести все, потому что одного не хватает.

Первое — религиозное. Часть несогласных считала, что наступили последние времена, а мир захвачен антихристом. В такой картине смерть в огне — не самоубийство, а способ уйти неосквернённым.

Второе — обстоятельства. Гари часто начинались при приближении войск, когда людям предстояли розыск, пытки и казнь. То есть выбор был не между жизнью и смертью, а между двумя смертями.

Третье — внутреннее. Среди самих старообрядцев отношение к самосожжениям было разным: многие наставники их осуждали и писали против них. Это не была единая практика, принятая всеми.

Больше об этом я говорить не буду. Тема притягивает нездоровое любопытство, а люди там были живые.

Что от всего этого осталось

А вот теперь про то, ради чего эта часть стоит последней.

Люди, не принявшие реформы, оказались в положении, которое сделало их хранителями.

Им нельзя было пользоваться новыми книгами. Значит, надо было беречь старые — и они их берегли, переписывали от руки и в XVIII, и в XIX, и даже в XX веке, когда вокруг давно печатали типографски.

Им нельзя было принимать новое иконописание. Значит, они сохраняли старое письмо и старые доски.

Они сохранили знаменное пение — то, как пели на Руси до реформы, — и оно дожило до времени, когда его смогли записать и изучить.

Они сохранили говор, обычаи, покрой одежды, бытовой уклад — в общинах, ушедших на север, в Сибирь, за границу.

И вот следствие, о котором стоит сказать прямо: огромная часть того, что мы знаем о допетровской Руси, дошла до нас через старообрядческие собрания.

Археографические экспедиции второй половины XX века находили в глухих деревнях рукописи XV-XVI веков — целые, в переплётах, в рабочем состоянии, потому что по ним продолжали читать.

Так вот, немалая часть того, что сохранилось, уцелела благодаря людям, которые из-за двух перстов ушли в леса.

https://dzen.ru/a/asgxCIJUdxLLaO4e

https://dzen.ru/a/asg3nlafAhIijIpY

Дальше — Степан Разин.

Событие все знают по песне, а песня написана в конце XIX века. Что при этом было на самом деле и откуда взялся знаменитый сюжет — посмотрим по документам и по запискам голландца, служившего в России.

А в комментариях скажите: вы знали, что старые рукописи дошли до нас во многом через старообрядцев?