«ДОРОГИ»

(ФИНАЛ ЧАСТЬ 2)

Время шло, и мы стали совсем переросли детство. Вовка стал из нас взрослым первым — уехал учиться в город и сразу женился и как-то выбыл из поля зрения. Сашка же возвращался в село часто, он слыл у местных девчонок, богучанским Дон-Жуаном. Саня был очень обходительным и внимательным с ними. По детству это поведение в пацанском мире строго осуждалось, в том возрасте мы стали даже ему завидовать. Он достаточно рано стал встречаться с девушками по-взрослому, и многие, на кого мы тогда только робко заглядывались, тянулись именно к нему для своего первого опыта.

Но именно тогда в нашу пацанскую троицу безжалостно ворвалась беда. Сашка ожидал призыва в армию, стояла уже осень, и самого финала этой драмы я своими глазами не видел. В то время я уже окончил десять классов и в свои семнадцать лет уехал за тысячи километров от дома — поступил в мореходное училище во Владивостоке.

Я не был свидетелем тех страшных событий, и то, как именно до меня дошло это известие, в памяти уже стёрлось. Может, это было в строчках письма от мамы, может, кто-то из богучанских друзей черкнул пару слов, а может, мне обухом по голове ударил голос из телефонной трубки. Ведь тогда еще существовали междугородние переговорные пункты.

Так вот, по давней традиции перед уходом в армию устраивались грандиозные, хмельные проводы. Не обошлось без них и в этот раз. Выпив изрядно, Сашка потерял свою привычную осторожность. Рядом с ним в тот вечер не оказалось ни брата Вовки, ни меня — нашего старого, проверенного братства. Зато рядом крутился бывший одноклассник Анатолий. Этот парень всегда был далеко не мелким, безобидным хулиганом, какими когда-то числились мы трое. Это был совершенно другой человек — озлобленный, скользкий, уже сознательно выбравший для себя темный путь идти напролом против людей и закона.

Изрядно подогретые алкоголем, Саня и Толян отправились в глухую богучанскую ночь искать приключений. Толян, сказав Сашке подождать его на углу, скользнул в темную подворотню, а уже через пару минут из нее с тихим шуршанием выкатил легковой автомобиль скорой помощи. Толян сидел за рулем. Распахнув пассажирскую дверь, он с хитрой ухмылкой предложил Сашке продолжить банкет прямо в салоне государственной машины.

Под хмельком Сашка легко повёлся на эту авантюру, совершенно не ожидая каких-то страшных последствий. В его замутнённой голове крутилась простая, беспечная мысль: ну подумаешь, покатаемся немного и где-нибудь бросим, а завтрашний поезд увезет так далеко, что ищи потом, как ветер в поле. Наверное, всё бы и закончилось так, как думал тогда Сашка, но испытаний у судьбы не бывает «в половину».

Ведь Аннушка уже пролила масло... А Тёмный на их пути уже выставил свой последний, самый страшный заслон — трёх молодых и красивых девчонок, знакомых Сашке. Он им очень нравился, и они искренне доверяли ему, а потому без тени страха сели в салон машины. Сашка же, поддавшись глупой хмельной браваде, пересел за руль.

Итог оказался чудовищным. Скорость, темнота, потеря контроля и страшная авария. Одна девчонка погибла на месте, второй в больнице ампутировали ногу...

Вот так вместо завтрашнего уходящего поезда на границу Саня и Толян загремели за решётку. Причем Толян отделался лёгким испугом — получил всего два года условно за соучастие в угоне. А вот Сашку, который сидел за рулём в момент аварии, раскрутили по полной катушке: семь лет строгого режима, которые он отсидел от звонка до звонка. Тюрьма переехала его страшным катком. Потом в его исковерканной жизни случился ещё один срок, и в конечном результате — ранняя смерть в сорок лет.

С Вовкой меня жизнь тоже развела в разные стороны. Бешеное течение судьбы унесло нас так далеко друг от друга, что я больше ни разу в жизни с ним не встретился. А умер он ещё раньше своего младшего брата — всего в тридцать лет. Этот здоровый, сильный мужик работал на военном заводе; говорили, банально простудился и сгорел за несколько дней.

Вот так Тёмный жестоко отомстил нам за то, что мы в своём детстве наотрез отказались вставать под его чёрные знамёна.