Есть такая проблема, когда церковная жизнь человека становится как бы…
Есть такая проблема, когда церковная жизнь человека становится как бы рутиной. Это искушение духовно-взрослого человека, духовно-взрослого христианина.То, что в нашей церковной жизни упорядочивается, с одной стороны, может быть, и хорошо. В этом смысле определенное чинопоследование жизни дает свои преимущества. Но, с другой стороны, многое мы начинаем делать и воспринимать как-то автоматически, может быть, даже иногда немножечко бездушно. И, что самое главное, уходит горение. Появляется некоторая теплохладность.
Об этой проблеме в книге Откровения Иоанна Богослова среди Послания семи церквам: «И Ангелу Лаодикийской церкви напиши: так говорит Аминь, Верный и Истинный Свидетель, Начало Творения Божьего; Я знаю твои дела; ты ни холоден, ни горяч: о, если бы ты был холоден или горяч! Но как ты тёпл, а не холоден и не горяч, то извергну тебя из уст Моих» (Откр. 13:14–16).
По-церковнославянски слово «извергну» звучит еще более резко: «изблюю тебя из уст Моих». То есть человек может вообще превратиться в некую блевотину из уст Божиих. Все, тебя нет. Почему? Только из-за одного того, что ты стал таким тепленьким, комнатной температуры, которую даже не чувствуешь, которую даже не определишь.
Холодный — это откровенный враг. Их видно сразу, можно от них отойти, их можно гнушаться, и можно с ними бороться. Горячий человек — это сподвижник, это друг. А теплый — он никакой, он и не туда, и не сюда, он равнодушный — это большая проблема.
Мы помним, когда пророк Исаия оказался на Небе и описывает свое видение: «…видел я Господа, сидящего на престоле высоком и превознесенном и края риз Его наполняли весь храм. Вокруг Него стояли Серафимы; у каждого из них по шести крыл; двумя закрывал каждый лицо свое и двумя закрывал ноги свои и двумя летал. И взывали они друг к другу и говорили: Свят, Свят, Свят Господь Саваоф! вся земля полна славы Его! И сказал я: горе мне! погиб я! ибо я человек с нечистыми устами и живу среди народа также с нечистыми устами, — и глаза мои видели Царя, Господа Саваофа» (Исайи, 6: 1–5). Что тогда происходит? Слетает к нему один из Серафимов, берет уголь с жертвенника клещами, и этим углем прижигает ему уста и говорит: «Вот, беззакония твои удалены, и грехи твои очищены». Собственно, на этом месте и заканчивается пушкинское стихотворение.
Но самое главное, на мой взгляд, происходит дальше. Дальше Исаия говорит: «И услышал я голос Господа, говорящего: „Кого мне послать? И кто пойдет для Нас?“ (Исайи. 6: 8). Бог ищет Себе помощников, Бог ищет исполнителей Его воли, потому что все, что Господь хочет совершать в этом мире, Он старается совершать через нас, через людей, через события, в которых мы участвуем. Мы эти события совершаем, исполняя тем самым волю Божию. Но это должно быть добровольно. Поэтому Господь спрашивает: „Кто хочет пойти ради Меня? Кто пойдет трудиться ради Меня?“
И тут Исаия как раз отвечает: „Вот я. Пошли меня“. Это великие слова. Он в эти слова вкладывает очень многое, он понимает, на что он просится. Дальше идет описание того, как посылает его Господь, как говорит: „Иди и скажи народу Моему“. Что скажи народу? Ласкательные слова? Нет, Исаии предстоит обличать его. Трудись над ним, как пастырь. Стараться, чтобы этот народ от своих грехов освобождался и принимал в жизнь свою Бога, и жил по-Божьи.
Очень часто многим это не нравилось, поэтому пророки были гонимы. Поэтому Исаия понимает, что он просится в какой-то степени на крест. Вернее, он не просится, он готов, он говорит: „Пошли меня, я к этому готов“. Он идет не сам, он просит послания Бога, и Господь его на это посылает. Как проповедовать, не будучи посланным? Вот здесь как раз и есть некое послание.
Но как быть готовым к этому посланию, не будучи горячим? Это невозможно. Человек не захочет никогда быть посланным Богом ни на какой труд, если у него в душе не будет горячего отношения к Богу, горячей веры, доверия, любви, желания потрудиться, желания совершить, стать инструментом в руках Божьих.
протоиерей Андрей Юревич
Об этой проблеме в книге Откровения Иоанна Богослова среди Послания семи церквам: «И Ангелу Лаодикийской церкви напиши: так говорит Аминь, Верный и Истинный Свидетель, Начало Творения Божьего; Я знаю твои дела; ты ни холоден, ни горяч: о, если бы ты был холоден или горяч! Но как ты тёпл, а не холоден и не горяч, то извергну тебя из уст Моих» (Откр. 13:14–16).
По-церковнославянски слово «извергну» звучит еще более резко: «изблюю тебя из уст Моих». То есть человек может вообще превратиться в некую блевотину из уст Божиих. Все, тебя нет. Почему? Только из-за одного того, что ты стал таким тепленьким, комнатной температуры, которую даже не чувствуешь, которую даже не определишь.
Холодный — это откровенный враг. Их видно сразу, можно от них отойти, их можно гнушаться, и можно с ними бороться. Горячий человек — это сподвижник, это друг. А теплый — он никакой, он и не туда, и не сюда, он равнодушный — это большая проблема.
Мы помним, когда пророк Исаия оказался на Небе и описывает свое видение: «…видел я Господа, сидящего на престоле высоком и превознесенном и края риз Его наполняли весь храм. Вокруг Него стояли Серафимы; у каждого из них по шести крыл; двумя закрывал каждый лицо свое и двумя закрывал ноги свои и двумя летал. И взывали они друг к другу и говорили: Свят, Свят, Свят Господь Саваоф! вся земля полна славы Его! И сказал я: горе мне! погиб я! ибо я человек с нечистыми устами и живу среди народа также с нечистыми устами, — и глаза мои видели Царя, Господа Саваофа» (Исайи, 6: 1–5). Что тогда происходит? Слетает к нему один из Серафимов, берет уголь с жертвенника клещами, и этим углем прижигает ему уста и говорит: «Вот, беззакония твои удалены, и грехи твои очищены». Собственно, на этом месте и заканчивается пушкинское стихотворение.
Но самое главное, на мой взгляд, происходит дальше. Дальше Исаия говорит: «И услышал я голос Господа, говорящего: „Кого мне послать? И кто пойдет для Нас?“ (Исайи. 6: 8). Бог ищет Себе помощников, Бог ищет исполнителей Его воли, потому что все, что Господь хочет совершать в этом мире, Он старается совершать через нас, через людей, через события, в которых мы участвуем. Мы эти события совершаем, исполняя тем самым волю Божию. Но это должно быть добровольно. Поэтому Господь спрашивает: „Кто хочет пойти ради Меня? Кто пойдет трудиться ради Меня?“
И тут Исаия как раз отвечает: „Вот я. Пошли меня“. Это великие слова. Он в эти слова вкладывает очень многое, он понимает, на что он просится. Дальше идет описание того, как посылает его Господь, как говорит: „Иди и скажи народу Моему“. Что скажи народу? Ласкательные слова? Нет, Исаии предстоит обличать его. Трудись над ним, как пастырь. Стараться, чтобы этот народ от своих грехов освобождался и принимал в жизнь свою Бога, и жил по-Божьи.
Очень часто многим это не нравилось, поэтому пророки были гонимы. Поэтому Исаия понимает, что он просится в какой-то степени на крест. Вернее, он не просится, он готов, он говорит: „Пошли меня, я к этому готов“. Он идет не сам, он просит послания Бога, и Господь его на это посылает. Как проповедовать, не будучи посланным? Вот здесь как раз и есть некое послание.
Но как быть готовым к этому посланию, не будучи горячим? Это невозможно. Человек не захочет никогда быть посланным Богом ни на какой труд, если у него в душе не будет горячего отношения к Богу, горячей веры, доверия, любви, желания потрудиться, желания совершить, стать инструментом в руках Божьих.
протоиерей Андрей Юревич