Алжирская война в 1852 году дошла до ворот Сахары. 21 ноября генерал Эмабль Пелиссье с отрядом около шести тысяч человек обложил Лагуат, укреплённый город на краю пустыни, через который шли караванные дороги на юг. Город держался две недели; четвёртого декабря он капитулировал, и войска вошли внутрь. Штурм обернулся резнёй: из четырёх с половиной тысяч жителей погибло около двух с половиной тысяч, включая женщин и детей.
В Китае 1852 год стал годом, когда восстание тайпинов из провинциального мятежа превратилось в движение через всю страну. Весной армия Хун Сюцюаня вышла из Гуанси в Хунань и двинулась на север вдоль реки Сян. На переправе Суои императорские войска устроили засаду, и тайпины потеряли больше 10 тысяч человек, но не остановились. Их сила была не в оружии, а в порядке: каждый корпус имел свой счёт людей и своё начальство, и потому даже после тяжёлого поражения армия собиралась снова.
Осенью тайпины осадили Чанша, главный город Хунани. Город был хорошо укреплён, и осада затянулась. Тайпины наняли местных шахтёров и повели к стенам десять подкопов, но только три дошли до цели, и взорвать стену не удалось. В сентябре погиб один из главных вождей восстания, и это лишило осаждавших согласованности. В ноябре осаду сняли и армия ушла на север, к Янцзы, оставив за собой разорённую провинцию. По разным оценкам, под ружьём у тайпинов было около полумиллиона человек, и это была уже не банда, а государство в походе.
Россия
На Кавказе 1852 год начался с работы, которую в русских отчётах называли просекой, а по сути это была борьба за дорогу. В феврале отряд генерал-майора Якова Бакланова (три пехотных батальона, четыре орудия и его казачий полк) прорубил просеку от Куринского укрепления к реке Мичик, чтобы колонны могли проходить через леса без остановок. За Мичиком стоял Шамиль с отрядом, который разведчики считали в двадцать пять тысяч человек, и его план был простым: пропустить отряд в лес и отрезать дорогу назад. Бакланов узнал об этом от лазутчиков и ночью, собрав пять рот, шесть сотен казаков и два орудия, прошёл сквозь расположение противника по самой трудной местности и соединился с колонной князя Барятинского.
Летом Барятинский повёл наступление сразу с трёх направлений, и целью было не удержание земли, а уничтожение запасов: сено, хлеб, скот, кукуруза. В июле отряд полковника Лященко ходил на Шали и жёг сено, а в августе очередь дошла до аула Гурдали на Мичике, который Шамиль устроил как крепость: дома с толстыми стенами и двойными засовами, и каждый дом был маленьким блокгаузом. Одиннадцатого августа Бакланов с тысячей тремястами пятьюдесятью пехотинцами, одиннадцатью казачьими сотнями и семью орудиями подошёл к аулу на рассвете, окружил его конницей и начал штурм.
Штурм не удался. Горцы держались в домах, артиллерия не могла пробить стены, а пехота, войдя в аул, попадала под огонь из щелей и с крыш. К полудню стало ясно, что взять Гурдали с наличными силами нельзя, и Бакланов приказал отступать. Отход через лесную просеку превратился в бой: мюриды шли по пятам, стреляли из-за деревьев и завалов, и арьергард под командованием барона Николаи едва не погиб целиком. Отряд потерял убитыми одиннадцать офицеров и двести восемьдесят девять нижних чинов, а ранеными больше пятисот человек. 1 октября Бакланова произвели в генерал-майоры, и это было признанием не за Гурдали, а за февральский переход и за то, что линия продвинулась вперёд.
В Китае 1852 год стал годом, когда восстание тайпинов из провинциального мятежа превратилось в движение через всю страну. Весной армия Хун Сюцюаня вышла из Гуанси в Хунань и двинулась на север вдоль реки Сян. На переправе Суои императорские войска устроили засаду, и тайпины потеряли больше 10 тысяч человек, но не остановились. Их сила была не в оружии, а в порядке: каждый корпус имел свой счёт людей и своё начальство, и потому даже после тяжёлого поражения армия собиралась снова.
Осенью тайпины осадили Чанша, главный город Хунани. Город был хорошо укреплён, и осада затянулась. Тайпины наняли местных шахтёров и повели к стенам десять подкопов, но только три дошли до цели, и взорвать стену не удалось. В сентябре погиб один из главных вождей восстания, и это лишило осаждавших согласованности. В ноябре осаду сняли и армия ушла на север, к Янцзы, оставив за собой разорённую провинцию. По разным оценкам, под ружьём у тайпинов было около полумиллиона человек, и это была уже не банда, а государство в походе.
Россия
На Кавказе 1852 год начался с работы, которую в русских отчётах называли просекой, а по сути это была борьба за дорогу. В феврале отряд генерал-майора Якова Бакланова (три пехотных батальона, четыре орудия и его казачий полк) прорубил просеку от Куринского укрепления к реке Мичик, чтобы колонны могли проходить через леса без остановок. За Мичиком стоял Шамиль с отрядом, который разведчики считали в двадцать пять тысяч человек, и его план был простым: пропустить отряд в лес и отрезать дорогу назад. Бакланов узнал об этом от лазутчиков и ночью, собрав пять рот, шесть сотен казаков и два орудия, прошёл сквозь расположение противника по самой трудной местности и соединился с колонной князя Барятинского.
Летом Барятинский повёл наступление сразу с трёх направлений, и целью было не удержание земли, а уничтожение запасов: сено, хлеб, скот, кукуруза. В июле отряд полковника Лященко ходил на Шали и жёг сено, а в августе очередь дошла до аула Гурдали на Мичике, который Шамиль устроил как крепость: дома с толстыми стенами и двойными засовами, и каждый дом был маленьким блокгаузом. Одиннадцатого августа Бакланов с тысячей тремястами пятьюдесятью пехотинцами, одиннадцатью казачьими сотнями и семью орудиями подошёл к аулу на рассвете, окружил его конницей и начал штурм.
Штурм не удался. Горцы держались в домах, артиллерия не могла пробить стены, а пехота, войдя в аул, попадала под огонь из щелей и с крыш. К полудню стало ясно, что взять Гурдали с наличными силами нельзя, и Бакланов приказал отступать. Отход через лесную просеку превратился в бой: мюриды шли по пятам, стреляли из-за деревьев и завалов, и арьергард под командованием барона Николаи едва не погиб целиком. Отряд потерял убитыми одиннадцать офицеров и двести восемьдесят девять нижних чинов, а ранеными больше пятисот человек. 1 октября Бакланова произвели в генерал-майоры, и это было признанием не за Гурдали, а за февральский переход и за то, что линия продвинулась вперёд.
Просмотры: 4