5 сентября 1852 года в Манчестере открылась первая в Англии бесплатная публичная библиотека, устроенная по закону 1850 года. Закон разрешал городу брать с каждого дома по одному пенни с фунта налога и открывать библиотеку, но требовал, чтобы за это высказались две трети плательщиков; в Манчестере против были только 40 человек из 4 тысяч. Библиотеку поставили в зале Кампфилд, и в ней было 18 028 книг, купленных за 4 156 фунтов. В первую неделю у стола выдачи пришлось приставить полицейского: город шёл за книгами.
17 мая в Ламбете открылся «Кентербери-холл», построенный Чарльзом Мортоном на месте кегельбана позади трактира. В зале было 700 мест, вход стоил недорого, и в программе шли лёгкие песни, баллады и отрывки из опер; в такие залы стали пускать женщин без спутников, и это сразу расширило публику. На сцене сидел распорядитель, который объявлял номера, шутил и приглашал выпить, а зрители сидели за столиками и ели. Такой зал стал образцом для сотен мюзик-холлов, которые построят в Англии за следующие двадцать лет.
9. Детский быт и детские вещи
Четырнадцатого февраля 1852 года в Лондоне, в доме 49 на Грейт-Ормонд-стрит, открылась больница для больных детей. Её устроил доктор Чарльз Уэст, который десять лет собирал деньги и доказывал, что ребёнка нельзя лечить в общей палате рядом со взрослыми. В больнице было всего 10 коек, но это была первая в Англии больница, где дети лежали отдельно, под присмотром нянек, и где к ним пускали матерей. В первый год через неё прошло несколько сотен детей, и почти все они были из бедных кварталов. Больница жила на пожертвования, и её кровати были подписаны именами тех, кто за них заплатил.
Игрушки были простые и в основном деревянные. В лавках продавали деревянный Ноев ковчег с парами зверей, лошадку-качалку, оловянных солдатиков, кукол с фарфоровой головой, обруч, волчок, шарики, скакалку и воздушного змея. У девочек были куклы и кукольные дома с мебелью, у мальчиков солдатики и лошадки. Летом гоняли обруч и играли в шарики, зимой катались на санках и на коньках, а в дождь строили дома из стульев и одеял. Дорогие игрушки были редкостью, и часто отец сам вырезал лошадку или лодочку из щепки.
10. Россия
5 февраля 1852 года в Петербурге открылся Новый Эрмитаж, первое в России здание, специально построенное для публичного художественного музея. Его спроектировал Лео фон Кленце, а достраивали Василий Стасов и Николай Ефимов; фасад вышел с портиком из десяти гранитных атлантов высотой около пяти метров, которых в 1846 году вытесал скульптор Александр Теребенёв со ста пятьюдесятью каменотёсами. Внутри были залы для картин, античной скульптуры и библиотеки, и в отличие от дворцовых покоев сюда пускали не только приглашённых: билеты выдавали в придворной конторе, и по ним в залы шла публика. В залах впервые можно было увидеть картины старых мастеров не в чужом доме, а в музее.
Николаевская дорога между Петербургом и Москвой в 1852 году работала уже второй год. По ней ходило две пары пассажирских поездов и четыре пары товарных, и за год она перевезла 780 тысяч пассажиров и 170 тысяч тонн грузов, а валовой доход составил 4,4 миллиона рублей. Поезда делились на классы, и в каждом был свой вагон со скамьями, а на больших станциях стояли буфеты с самоваром. Для деревни станция стала новым местом: у платформы торговали молоком, яйцами и пирогами.
Город в 1852 году жил ещё по старинке. По петербургским улицам ездили извозчики на дрожках и кареты, у тротуаров стояли будочники с алебардами, а вечером фонарщик с лестницей зажигал фонари. Мостовая была из булыжника, тротуары из плит, и у каждого дома стояла тумба с кольцом для лошади. В Москве торговали в Охотном ряду, где высились горы дичи, солёной рыбы и овощей, на Сухаревке, где продавали всё, от старых сапог до икон, и в Гостином дворе, где лавки шли рядами и приказчик знал своего покупателя.
Итог
17 мая в Ламбете открылся «Кентербери-холл», построенный Чарльзом Мортоном на месте кегельбана позади трактира. В зале было 700 мест, вход стоил недорого, и в программе шли лёгкие песни, баллады и отрывки из опер; в такие залы стали пускать женщин без спутников, и это сразу расширило публику. На сцене сидел распорядитель, который объявлял номера, шутил и приглашал выпить, а зрители сидели за столиками и ели. Такой зал стал образцом для сотен мюзик-холлов, которые построят в Англии за следующие двадцать лет.
9. Детский быт и детские вещи
Четырнадцатого февраля 1852 года в Лондоне, в доме 49 на Грейт-Ормонд-стрит, открылась больница для больных детей. Её устроил доктор Чарльз Уэст, который десять лет собирал деньги и доказывал, что ребёнка нельзя лечить в общей палате рядом со взрослыми. В больнице было всего 10 коек, но это была первая в Англии больница, где дети лежали отдельно, под присмотром нянек, и где к ним пускали матерей. В первый год через неё прошло несколько сотен детей, и почти все они были из бедных кварталов. Больница жила на пожертвования, и её кровати были подписаны именами тех, кто за них заплатил.
Игрушки были простые и в основном деревянные. В лавках продавали деревянный Ноев ковчег с парами зверей, лошадку-качалку, оловянных солдатиков, кукол с фарфоровой головой, обруч, волчок, шарики, скакалку и воздушного змея. У девочек были куклы и кукольные дома с мебелью, у мальчиков солдатики и лошадки. Летом гоняли обруч и играли в шарики, зимой катались на санках и на коньках, а в дождь строили дома из стульев и одеял. Дорогие игрушки были редкостью, и часто отец сам вырезал лошадку или лодочку из щепки.
10. Россия
5 февраля 1852 года в Петербурге открылся Новый Эрмитаж, первое в России здание, специально построенное для публичного художественного музея. Его спроектировал Лео фон Кленце, а достраивали Василий Стасов и Николай Ефимов; фасад вышел с портиком из десяти гранитных атлантов высотой около пяти метров, которых в 1846 году вытесал скульптор Александр Теребенёв со ста пятьюдесятью каменотёсами. Внутри были залы для картин, античной скульптуры и библиотеки, и в отличие от дворцовых покоев сюда пускали не только приглашённых: билеты выдавали в придворной конторе, и по ним в залы шла публика. В залах впервые можно было увидеть картины старых мастеров не в чужом доме, а в музее.
Николаевская дорога между Петербургом и Москвой в 1852 году работала уже второй год. По ней ходило две пары пассажирских поездов и четыре пары товарных, и за год она перевезла 780 тысяч пассажиров и 170 тысяч тонн грузов, а валовой доход составил 4,4 миллиона рублей. Поезда делились на классы, и в каждом был свой вагон со скамьями, а на больших станциях стояли буфеты с самоваром. Для деревни станция стала новым местом: у платформы торговали молоком, яйцами и пирогами.
Город в 1852 году жил ещё по старинке. По петербургским улицам ездили извозчики на дрожках и кареты, у тротуаров стояли будочники с алебардами, а вечером фонарщик с лестницей зажигал фонари. Мостовая была из булыжника, тротуары из плит, и у каждого дома стояла тумба с кольцом для лошади. В Москве торговали в Охотном ряду, где высились горы дичи, солёной рыбы и овощей, на Сухаревке, где продавали всё, от старых сапог до икон, и в Гостином дворе, где лавки шли рядами и приказчик знал своего покупателя.
Итог
Просмотры: 4