«Дров ей не выписали»

Дверца у подтопка отошла от рамки, и Вера подтянула её проволокой. Проволока держала до сильного огня, потом дверца снова отставала и дышала жаром в бок.

Топила она щепой. Щепу таскала из школьной мастерской — обрезки от парт, короткие и сухие, они брались сразу и прогорали, пока она успевала снять пальто. Полено в такой печке лежало бы час. Полена не было.

За стеной, в самой школе, стояла большая печь, и её топили с пяти утра. Устинья Марковна приходила затемно, гремела вьюшкой, и к первому уроку в классах делалось тепло так, что мальчишки сидели без ватников.

— Ты бы к нам ночевать шла, — сказала Устинья Марковна и поставила ведро на лавку. — На сдвинутых партах постелешь, я тебе тюфяк дам.

— Мне и тут хорошо.

— Хорошо ей.

Стены в пристройке были свежие, обшитые тёсом изнутри, и пахло ещё смолой. Срубили её в позапрошлую осень, при той учительнице, что уехала, и печку сложили тогда же — маленькую, в полтора оборота, с одной конфоркой. На конфорке Вера грела воду и варила картошку.…

🎧 Аудиорассказ целиком (17 мин) — ниже. Дочитать текстом — по кнопке.