«Если убрать из письма заказчика имена и телефоны, можно отдать его нейросети?»

Нет, это только первый шаг. Дальше нужно убрать детали, по которым узнают человека и объект, и проверить, можно ли передавать остальное в этот сервис по правилам вашего работодателя.

Отдавая письмо нейросети, вы передаёте его в чужой сервис и больше не контролируете, что с ним будет. Это не теория.

В 2023 году трое инженеров Samsung отправили в ChatGPT исходный код внутренних программ - искали ошибку в коде и расшифровку совещания - хотели сформировать его протокол. ChatGPT тогда по умолчанию мог сохранять введённое и учиться на нём, а забрать данные Samsung уже не мог. Компания запретила такие сервисы на рабочих устройствах и пригрозила нарушителям увольнением, а в отношении инженеров начали служебные проверки.

Летом 2025 года тысячи диалогов с ChatGPT, которыми пользователи поделились ссылкой, попали в поиск Google, в том числе с личными и рабочими подробностями. Ошибка была в одном флажке: делясь ссылкой, люди отмечали «сделать доступным для поиска» и не понимали, что открывают диалог всему интернету.

В январе 2025 года исследователи нашли базу DeepSeek, где история чатов лежала в интернете без пароля, и это касалось тех, кто ничем не делился. Во всех трёх случаях вернуть данные было уже нельзя.

У нас разглашение тайны, ставшей известной по работе, - основание для увольнения по Трудовому кодексу. Поэтому вопрос не «умная ли нейросеть», а «что я отдаю и можно ли это отдавать».

Представим кейс - вы получаете письмо, имена и числа выдуманы: «Добрый день, Анна Сергеевна! По объекту „Школа на Лесной, 12“ раздел проекта нам до сих пор не передан. По договору № 48-ПР на 14,8 млн рублей предусмотрен штраф 0,1% за каждый день просрочки. Понимаю, что после протечки кровли в марте здание пришлось заново обследовать и переделывать узлы, поэтому готов перенести срок на 20 октября. Прошу подтвердить новый срок. Пётр Самойлов, руководитель проекта со стороны заказчика, +7 (9XX) XXX-XX-XX».

Вы - Анна Сергеевна, проектировщик: ваша организация по договору готовит проект капитального ремонта школы, и срок сдачи одного раздела прошёл. От вашего ответа зависит, спишут ли на вас штраф за уже прошедшие дни, и вы хотите использовать AI для подготовки ответа заказчику.

Шаг первый: убрать имена, должность и телефон, а с ними номер и сумму договора и размер штрафа. Что не нужно для задачи, не отдают: нейросети достаточно знать, что санкции есть.

Шаг второй, который обычно пропускают. Объект, протечка в марте и срок 20 октября: по такому сочетанию знающий рынок человек поймёт, о ком речь, без всякой фамилии. Замените детали общими словами: «Заказчик напоминает о санкциях за задержку раздела и готов перенести срок примерно на две недели, признавая, что причина - авария в здании. Нужен ответ: принять новый срок, не признавая просрочку нашей виной, и оговорить, что срок зависит от повторного обследования».

Шаг третий, главный. Обезличенное не значит несекретное. Секретом бывает само содержание, с фамилией или без: как вы считали цену, почему на самом деле сорвали срок, что решили на совещании, что заказчик передал с условием не разглашать. И есть правила работодателя: какие данные в какие сервисы можно передавать. Если сервис не одобрен, первые два шага могут уменьшить потенциальный ущерб от утечки, но разрешения на загрузку во внешний AI не дают. Не знаете правил - спросите того, кто отвечает за безопасность, и до ответа рабочие письма не передавайте.

«Но это же мелкий проект, не ракетный завод», скажете вы, но письмо не ваше: его важность определяет заказчик, а пункт о конфиденциальности в договоре не делит сведения на мелкие и крупные. И главное: для ответа детали не нужны, обобщённый вариант даёт тот же результат. А если сервис разрешён и после первых двух шагов закрытого не осталось, загружайте: это и есть нормальный случай.

Итого не отдаём три вещи:
- персональные данные (неважно чьи они);
- закрытые сведения организации;