— Маш, я, конечно, не знаю, где она умудряется клиенток находить, но…
— Маш, я, конечно, не знаю, где она умудряется клиенток находить, но на этот курс уже, наверное, двенадцать по шестьдесят зашли. Некоторым она скидочные сертификаты подарила, кажется, на пять тысяч. Ну и из прошлого потока по прежней цене, человек восемь.
— Эти восемь решили счастья докупить? — Я больше не могла не язвить.
— Это их дело. А наше дело маленькое, мы кураторы. Методика и разработка Старогородной. Если что, она своё имя продаёт. Тебе что, лишними деньги будут?
— А сама-то она хоть раз в эфир выйдет или как в прошлый раз будет со Средиземного моря ручкой махать?
— Ты завидуешь, что ли? Вообще-то она тридцать лет себе имя делала, может себе позволить.
Я смотрела на горы, на лес. Подняв глаза вверх, увидела высоко парящую птицу. Тейлеген.
— Нет. Я не завидую. Мне за державу обидно.
После небольшой паузы пошли гудки. Я ещё раз посмотрела на парящего коршуна и поехала домой. Мой Алтаюшка дал мне ответы на все вопросы.
— Эти восемь решили счастья докупить? — Я больше не могла не язвить.
— Это их дело. А наше дело маленькое, мы кураторы. Методика и разработка Старогородной. Если что, она своё имя продаёт. Тебе что, лишними деньги будут?
— А сама-то она хоть раз в эфир выйдет или как в прошлый раз будет со Средиземного моря ручкой махать?
— Ты завидуешь, что ли? Вообще-то она тридцать лет себе имя делала, может себе позволить.
Я смотрела на горы, на лес. Подняв глаза вверх, увидела высоко парящую птицу. Тейлеген.
— Нет. Я не завидую. Мне за державу обидно.
После небольшой паузы пошли гудки. Я ещё раз посмотрела на парящего коршуна и поехала домой. Мой Алтаюшка дал мне ответы на все вопросы.