ЖИЛАЯ АРХИТЕКТУРА | АБ1

Если главный план на выходные - остаться дома, у нас есть культурное обоснование. Четыре фильма об архитектуре: для удовольствия и вдохновения.

«Зелёное на сером. Эмилио Амбас»
О пионере зелёной архитектуры, который соединял здания с ландшафтом задолго до того, как экологичность стала обязательным пунктом презентации. Посмотреть, чтобы вспомнить: природа может быть основой замысла.

«Сила утопии: Ле Корбюзье в Чандигархе»
Можно ли спроектировать новую жизнь вместе с новым городом? Индийский Чандигарх стал проверкой этой идеи. Фильм — о том, что происходит с архитектурной мечтой, когда в неё заселяются люди.

«Павильон на воде»
Карло Скарпа, Япония и внимание к деталям, ради которых хочется поставить фильм на паузу. Созерцательное кино о связи архитектуры и японской эстетики. Подойдёт, когда за неделю уже было достаточно громких обсуждений.

«Большая арка»
Художественная драма о создании парижской арки Дефанс. Архитектор выигрывает конкурс — и попадает в мир политических амбиций и бюрократии. Всем, кто хоть раз защищал свой замысел на согласованиях, будет особенно понятно.

Плед, чай, архитектура. Увлекательных выходных!

Паркинг, который заранее готов к другой жизни

В немецком Вендлингене построили пятиэтажный паркинг, который изначально спроектировали так, чтобы однажды он мог перестать быть паркингом.

Проект бюро herrmann+bosch architekten сделан с большими пролётами, минимальным количеством внутренних опор и высотой этажей до 3,4 метра. Рампу можно демонтировать, а освободившееся пространство превратить во внутренний двор. После этого здание можно адаптировать под офисы или жильё.

Даже конструктив здесь работает на эту идею: каркас собран так, чтобы будущая перепланировка не потребовала почти полной перестройки здания.

Сегодня внутри стоят машины.
Через двадцать лет там вполне могут быть рабочие столы, кухни и свет в окнах.

Хороший пример того, как можно не угадывать будущее, а просто оставить зданию запас на изменения.
Подробнее на https://www.archdaily.com/1026856/wooden-parking-garage-wendlingen-herrmann-plus-bosch-architekten?utm_source=chatgpt.com

Пока мы пытаемся смириться с мыслью, что на кровле теперь непременно должно что-нибудь расти, похоже, скоро придётся решать другую задачу: куда там парковать летающие автомобили.

И это уже не шутка про далёкое будущее.
Японский SkyDrive испытывает электрическое аэротакси и готовится к коммерческим полётам. Пока не массово, не завтра утром, но сама технология уже существует.
А значит, вопрос уже не в том, будут ли меняться города.
Вопрос — насколько быстро.
Потому что летающая машина - это не просто машина, которая внезапно оказалась сверху - Это другой город!
Где ей садиться?
На крышу? Во двор? На отдельную площадку?

И пока мы пытаемся это представить, будущее тихо заходит с другой стороны.
По улицам уже ездят такси без водителей.
По тротуарам Казани ползают роботы-курьеры.
Строительные роботы печатают стены домов, а электромобиль постепенно превращается в аккумулятор для городской энергосистемы.
Самое интересное, что архитектура будущего, возможно, сейчас вообще рождается не в архитектурных бюро.
Она рождается в умах инженеров, программистов, энергетиков, транспортников, робототехников.
А потом однажды приходит к архитектору в виде нового пункта в техническом задании.
И тут есть два варианта.
Первый - сказать:
«Что ещё придумали? Мы всегда так проектировали».
Второй - хотя бы понимать, куда вообще едет этот поезд. Или уже летит.
Потому что дома, которые мы проектируем сегодня, будут стоять ещё десятки лет.
А город за это время изменится несколько раз.
Поэтому архитектору сегодня нужно смотреть на транспорт, энергетику, пресловутый ИИ, роботизацию, строительные технологии.
Не для того, чтобы завтра нарисовать на каждом доме аэродром, а чтобы через десять лет не выяснилось, что мы очень профессионально спроектировали город, которого больше нет.

В общем, пятница!

Самое время немного посмотреть в будущее.
Оно, судя по всему, уже без спроса залетело во двор!

Совсем скоро — наш профессиональный праздник, День строителя.

А сегодня в бюро по ежегодной традиции прошло награждение сотрудников, особенно проявивших себя за прошедший год. Отметили профессионализм, инициативность, стремление развиваться, осваивать новое и двигаться вперёд вместе с бюро!

С каждым годом наша команда растёт и пополняется новыми ценными сотрудниками. И это, пожалуй, один из главных поводов для гордости 💜

"Панелька" больше не приговор
Слово «панелька» до сих пор вызывает ассоциацию - одинаковые дома, швы на фасаде и пять вариантов серого. Но проблема была не в панели. Проблема была в том, что из одного набора деталей десятилетиями собирали одну и ту же архитектуру.

Сегодня панель — это просто способ производства: крупные элементы делают на заводе, а конфигурацию, фактуру и отделку проектируют под конкретный дом.
В копенгагенском Nimbushuset бюро C.F. Møller разработало бетонные панели с уже встроенным кирпичным слоем. Кирпичи расположены на разной глубине: рельеф создаёт тени и визуально скрывает монтажные швы. Из сборных элементов получился фасад, который выглядит как добротный кирпичный дом. (cfmoller.com)
Берлинский Wohnregal собран из стандартных железобетонных колонн, балок и перекрытий, которые обычно используют при строительстве складов. Но вместо глухой панельной стены архитекторы FAR frohn&rojas сделали прозрачные фасады и свободные планировки без внутренних несущих стен. Индустриальная система здесь не ограничила архитектуру, а дала ей свободу. (f-a-r.net)
В проекте G–5 Houses в Португалии бюро SUMMARY пошло ещё дальше: из сборных железобетонных панелей выполнены фасады, кровли и внутренние перегородки. Бетон не стали маскировать штукатуркой — его оставили открытым, а верхние объёмы отлили в зелёном цвете. Панель стала не основой под декор, а самой архитектурой. (ArchDaily)

Современное панельное домостроение — это уже не тиражирование готового дома. Это проектирование ограниченного набора элементов, из которых можно собрать разную архитектуру.

Панель осталась прежней по сути. Изменилось отношение к ней: раньше она диктовала фасад, сегодня фасад диктует, какой должна быть панель.

Несерьезное искусство

Продолжаем разбираться в теме арт-обьектов или паблик-арта.
Мы привыкли искать в искусстве смыслы. Всегда ли есть эти самые смыслы в паблик арте?
Изучим.

Плохой-плохой мальчик, Хельсинки
Восемь с половиной метров обнажённого возмущённого ребёнка, который непрерывно писает в городское пространство. Скульптор Томми Тойя предусмотрел даже подогрев воды — мальчик продолжает заниматься своим делом и финской зимой. Очень серьёзный инженерный подход к совершенно несерьёзной задаче.

Акула в крыше, Оксфорд
В 1986 году на крыше обычного жилого дома появилась семиметровая акула, будто упавшая с неба головой вниз. Городские власти несколько лет пытались добиться её демонтажа. В итоге акула победила градостроительную систему и стала местной достопримечательностью. Редкий случай, когда нарушение архитектурного облика района со временем само превратилось в архитектурное наследие.

Писающие мужчины, Прага
Две бронзовые фигуры стоят в бассейне, повторяющем очертания Чехии, и выводят струями воды буквы. Внутри установлены механизмы, поворачивающие бёдра фигур. Раньше желающие могли отправить сообщение, после чего скульптуры пытались его написать. Памятник свободе слова получился предельно буквальным.

Свинья на трамплине, Прага
Свинья поднялась по лестнице на высокий трамплин и замерла перед прыжком. Никакой стилизации: обычный бассейновый трамплин и вполне реалистичное животное, которое явно уже жалеет о своём решении. Автор Ян Кадлец объясняет работу почти так же просто: свиньи здесь быть не должно — поэтому зритель и останавливается.

Младенцы на телебашне, Прага
Десять огромных младенцев ползут вверх и вниз по Жижковской телебашне. Вместо лиц у них вдавленные штрихкоды. Ещё три бронзовых малыша находятся в парке Кампа, где выглядят так, будто родители отвернулись буквально на минуту — и ситуация вышла из-под контроля.

Автобус, который качает пресс, Лондон
К Олимпиаде 2012 года Давид Черны прикрепил к красному двухэтажному автобусу огромные руки и заставил его отжиматься. Во время упражнения автобус двигается вверх-вниз и стонет.

За каждой из этих работ, поговаривают, скрывается идея, критика или политический подтекст (но это не точно)).
На самом деле, объект, который понимают без инструкции, обсуждают, фотографируют и запоминают, уже выполнил главную задачу паблик-арта — вступил в разговор с городом.

А нравится вам это или нет - это история субъективная... 😉

"Взрослых нет, есть постаревшие дети" 😁🩷

Сегодня были с рабочим визитом в ЖК «Новый Свет» — удивительно уютном уголке Лаишевского района.

Главным предметом изучения стал реализованный плейхаб. И, конечно, его разбор: что получилось удачно, а что требует корректировки.

На чертеже всё может выглядеть убедительно. Но только на готовой площадке начинаешь по-настоящему примерять пространство на себя и оценивать его как пользователь. Где-то не хватает велопарковок. Где-то хочется развернуть качели или вовсе заменить их, потому что они, оказывается, не качаются... Барбекю-зоны, расположение которых в проекте не вызывало вопросов, в реальности лучше отвернуть друг от друга, чтобы добавить приватности.
Такие корректировки в процессе реализации неизбежны. Здесь их немного, но именно из подобных деталей и складывается качество среды.
Плейхабом мы не ограничились. Изучили дворы, фасады и реализованные квартиры. Особенно долго обсуждали узкие асимметричные окна. На фасаде они создают интересный ритм и делают архитектуру выразительнее. Но изнутри, со стороны жильца, раскрываются уже совсем иначе, вынуждая применять фантазию при создании интерьера.
Полезное напоминание для архитектора: проект нельзя оценивать только снаружи. Не всё, что хорошо фасаду, хорошо интерьеру. И не всё, что убедительно выглядит на плане, так же хорошо работает в жизни.
Изучайте реализованные проекты, коллеги! Это действительно полезно!

«Согласно в 2.20 ПЗЗ г.Казани Объекты-А необходимо обеспечивать элементами монументального и декоративного оформления, характеризующего назначение данного Объекта или обеспечивающего более комфортную среду для жителей».
Говорим сегодня про арт-объекты или паблик-арт.

Для мирового архитектурного сообщества, в целом, это требование не ново. Посмотрим как с этим работают в мире.

В Нью-Йорке, например, есть модель Percent for Art: часть бюджета городских строительных проектов направляют на публичное искусство. Поэтому искусство появляется не там, где случайно осталось место после благоустройства, а в школах, библиотеках, парках, метро, на улицах. То есть там, где человек живет свою обычную жизнь, но вдруг встречает не рекламный щит, а арт-объект.

В Великобритании и Австралии паблик-арт часто становится частью обязательств девелопера. Этот подход ближе к нашей Казанской истории. Строишь большой проект — будь добр подумать не только о квадратных метрах, но и о том, что останется между ними. О площади, дворе, маршруте, скамье, навесе, искусстве.

В Сингапуре к публичному искусству относятся еще шире. Это не обязательно торжественная скульптура, около которой непонятно, что делать, кроме как уважительно обойти. Это может быть мурал, свет, звук, временная инсталляция, объект, с которым можно взаимодействовать. Главная мысль —искусство не должно сидеть взаперти в музее, а должно выходить к людям.

Мне лично импонирует такой подход.
Ну а пока мы привыкаем нести искусство в жилые массивы и учимся относиться к этому не поверхностно, а со всей душой.