Отшельник сообщает Парсифалю, что Грааль не содержат рыбу, но гостию…

Отшельник сообщает Парсифалю, что Грааль не содержат рыбу, но гостию, которой кормится Король. Таким образом, Грааль представлен как чисто символический сосуд, обеспечивающий духовное, а не физическое средство к существованию. Можно сказать, что он явно означает тот этап в развитии человеческого духа, когда человек не может больше довольствоваться материалистическим взглядом на мир или эффективностью действующих вещей, но выходит за рамки этого и наделяет конкретное символическим значением. Несомненно, что естественный человек также признаёт нематериальные свойства вещей. Но для него они не символические, а магические, а это значит, что они носят практический характер, столь же конкретный, как реальный объект. Способность создавать символические концепции — это нечто другое и предполагает несколько более высокую степень сознания. Этим достижением знаменуется чрезвычайно важный шаг на пути духовного развития: переход от природно‑магического к духовному или мистическому мировоззрению (Weltanschauung). В данный момент Парсифаль переживает этот переход благодаря учению отшельника.


Разница между магической и мистической ментальностью, возможно, характеризуется тем, что в магическом мировоззрении эго выходит на первый план, в том смысле, что либо оно подвержено влиянию неведомых сил, либо само пытается воздействовать на эти силы. В любом случае цель магии заключается в том, чтобы эго получило власть над этими неизвестными силами, а через них — над людьми и вещами. Мистическое же отношение к вещам не устанавливает никаких отношений с эго, но стремится выше и за его пределы и даже достигает своей кульминации в растворении эго. Таким образом, можно сказать, что магическое мировоззрение соответствует тому уровню развития или уровню сознания, в котором эго ещё недостаточно сознательно или целостно, и поэтому оно должно быть усиленно акцентировано. Часто случается, что люди, которые ведут себя в значительной мере эгоцентрично, часто находятся в постоянной опасности быть поглощёнными другими людьми или ситуациями, и в таких случаях эгоцентризм можно рассматривать как своего рода защиту от этой тенденции. Несомненно, наличие эго важно. Иначе не могло бы быть ни роста сознания, ни любого другого духовного развития, и даже Самость немыслима без предварительного этапа эго.


Мистическое отношение, с другой стороны, соответствует той стадии или фазе, когда эго уже достаточно укреплено и когда задача состоит в выходе за грани эго и в достижении Самости, «второго я» или чего‑то запредельного. Речь не идёт, однако, лишь о стадии развития, достигаемой за всё время существования человечеством или нацией; в единичных случаях этот постепенный переход также имеет место быть в жизни современных людей. Кроме того, две фазы часто существуют бок о бок в дополняющих друг друга отношениях. В общем и целом вполне можно сказать, что природа религии и языческой древности обладает более магико‑эгоцентричным характером, тогда как христианству, с его духовной ориентацией, соответствует мистическое мировоззрение. Объединение этих двух подходов можно найти в алхимии, где на более высоком уровне воссоединились два аспекта: архаичная магия и чисто духовная мистика. Среди западных народов переход от более конкретного к более духовному типу мышления стал особенно заметен во времена Карла Великого и привёл с двенадцатого по четырнадцатый век к золотому веку мистики.


Э. Юнг, М.-Л. фон Франц. Легенда о Граале