оставайся без него.

Денис ушел вместе с приятелем. Леонид Иванович постоял у двери, затем впервые за много лет набрал номер сестры. Она жила в другом конце города и знала только, что племянник работает. Разговор затянулся до темноты. Сестра не стала ругать Дениса, но на следующий день приехала и отвезла брата на консультацию. Леонид Иванович взял паспорт, письма и свой банковский отчет, который заказал заранее. Ему нужно было убедиться, что в документах нет его подписи и на его имя ничего не оформлено.

После проверки он понял, что долги действительно принадлежат сыну. В заявках стояли его телефон и адрес, но сам он не был заемщиком и никаких обязательств на себя не принимал. Консультант помог подготовить обращения по поводу звонков. Леонид Иванович подал их и сохранил копии. Несколько организаций перестали беспокоить его быстро, с другими пришлось разбираться дольше. Он записывал даты и номера в отдельную тетрадь, которую держал возле телефона.

Денис позвонил вечером, когда отец пересаживал рассаду. Начал без приветствия. Леонид Иванович вытер руки о тряпку, выключил радио и сел на табурет. В комнате пахло влажной землей.

– Ты зачем на них пожаловался? Мне теперь звонят и спрашивают, почему ты отказался от разговоров. Я и так пытаюсь договориться, а ты еще все усложняешь.

– Я попросил не звонить мне по твоим долгам. У тебя есть телефон, они могут связаться с тобой. Отвечать за тебя я не собираюсь.

– Они думают, что ты мне вообще помогать не будешь. Если поймут, что денег взять неоткуда, начнут действовать жестче. Ты хотя бы мог сначала сказать мне.

– Я говорил тебе с первого дня. Просил убрать мой номер, просил самому отвечать на звонки. Ты ничего не сделал, поэтому я занялся своим телефоном сам.

Денис долго молчал. Отец слышал, как тот дышит в трубку и идет по улице. Где-то рядом проехал автобус. Леонид Иванович посмотрел на опустевший пакет земли: оставалось пересадить три растения. Он ждал, не торопя сына.

– Я думал, ты меня вытащишь. Ты всегда говорил, что мы вдвоем остались и должны держаться вместе. А теперь у тебя запас важнее меня.

– Ты мне важен. Поэтому я готов сесть с тобой и разобраться, что ты можешь платить из своей зарплаты. Но продать гараж и отдать тебе все сбережения я не готов.

– Тогда мне нечего тебе сказать. Я сам разберусь, раз никому до меня дела нет. Только потом не спрашивай, почему я не приезжаю.

В следующий месяц он действительно не приезжал. Леонид Иванович видел его сообщения в семейной группе, где сестра поздравляла родственников с праздниками. Денис ставил значки, иногда выкладывал фотографии с работы. Отец несколько раз открывал личную переписку, начинал писать и стирал. Потом отправил короткое приглашение на ужин. Ответ пришел только на следующий день: сын работал вечером, но мог заехать в воскресенье. Леонид Иванович купил мясо и сварил большую кастрюлю супа.

Денис приехал без мотоциклетного шлема. Обычно оставлял его на обувной тумбе, теперь повесил туда только куртку. За столом сам достал из сумки папку. Внутри лежали договоры, выписки и лист с суммами. Леонид Иванович надел очки. Прежде чем смотреть бумаги, убрал со стола хлебную доску и вытер клеенку.

– Мотоцикл я продал. Телефон тоже сменил на дешевый, часть денег внес. По остальному записался на консультацию, там помогают разобрать платежи.

– Хорошо, что ты начал собирать документы. Давай посмотрим, где уже заплатил и что осталось. Только я сразу скажу: новых обещаний вместо цифр мне не надо.

– Я понял. Твой номер попросил убрать, вот копии обращений. Не знаю, все ли сделали, но я больше его нигде не указывал.

Они просидели за бумагами почти два часа. Леонид Иванович не понимал некоторых сокращений, Денис тоже путался. Записывали вопросы, отмечали оплаченные суммы, сравнивали даты. Отец дважды вставал разогреть чайник. Когда сын уезжал, дал ему суп в контейнере и пакет котлет. Денис принял, не пытаясь снова заговорить о деньгах. Контейнер вернул через неделю, вымытый.