Россия
«Да пошёл он… этот Гитлер!»: как остатки латышского батальона СС оказались в отряде советских партизан
9 декабря 1944 года в лесах северо-западной Латвии, недалеко от линии фронта, к лагерю партизанского отряда «Красная стрела» вышли около сотни вооружённых людей в немецкой форме. Их не ждали как своих. Они были измотаны трёхнедельным преследованием и последним боем, но оружия не сложили. Первое, что услышали партизаны, прозвучало как приговор их прежней присяге: «Да пошёл он… этот Гитлер!». Так остатки батальона унтерштурмфюрера Роберта Рубениса оказались там, где ещё недавно их считали бы врагами.
К 1944 году Латышский добровольческий легион СС был крупной силой — около 110 тысяч человек. Часть легионеров участвовала в карательных операциях, и это не забывалось. Но после Сталинграда и Курска дисциплина начала трескаться. Солдаты уходили в леса. Обергруппенфюрер Фридрих Еккельн приказал ловить дезертиров и вешать их публично. Ещё тяжелее прозвучал его план вывезти из Риги в Германию 150 тысяч человек из 200 тысяч населения как рабочую силу. «В Германии они будут рабочими на заводах и помогут нашей победе над большевиками», — говорил он. Генерал Янис Курелис, который с 1941 года служил немцам, назвал это иначе: «Оказывается, немцы просто устроили нам ловлю рабов». Он перестал выполнять приказы об арестах и стал укрывать дезертиров. В ноябре 1944 года его полк окружили немцы, а более 2700 легионеров отправили в Штутгоф. Сам Курелис позже бежал в Швецию, а восемь офицеров его штаба были расстреляны.
Батальон Рубениса сдаваться отказался. После разоружения группы Курелиса он начал действовать в немецком тылу: разоружал офицеров, менял маршруты, уходил от погони. 18 ноября его окружили, бой шёл против бывших хозяев — немецких СС. Миномёты и противотанковые орудия должны были смять позиции, но батальон вырвался. Три недели четыре роты вермахта и СС гнали его по лесам. 8 декабря в последнем бою погибли около пятидесяти легионеров, включая Рубениса, и восемнадцать немцев, среди них оба командира преследовавшей группы. На следующий день выжившие, около сотни человек, вышли к «Красной стреле».
Отряд «Красная стрела» был создан советским разведчиком Карлисом Мачиньшем. Там уже принимали дезертиров из латышской полиции и легиона. Командовал отрядом бывший служащий вспомогательной полиции Владимир Семёнов, после его гибели — Виктор Столбов. Перед новичками поставили условие: искупить предательство кровью. Они согласились без торга. Бывшие легионеры СС стали нападать на немецкие заставы по ночам, ставить мины на дорогах, корректировать удары советской авиации по скоплениям живой силы и техники. Это была служба, где каждый выход мог стать последним.
Еккельн, приказавший уничтожить мятежников, в мае 1945 года был взят в плен Красной армией и повешен в Риге 3 февраля 1946 года.
Что должно было произойти, чтобы человек, добровольно служивший системе, увидел её суть — и достаточно ли позднего признания, если за него приходится платить чужой и своей кровью?
Подписывайтесь чтобы не потерять Герои СССР
9 декабря 1944 года в лесах северо-западной Латвии, недалеко от линии фронта, к лагерю партизанского отряда «Красная стрела» вышли около сотни вооружённых людей в немецкой форме. Их не ждали как своих. Они были измотаны трёхнедельным преследованием и последним боем, но оружия не сложили. Первое, что услышали партизаны, прозвучало как приговор их прежней присяге: «Да пошёл он… этот Гитлер!». Так остатки батальона унтерштурмфюрера Роберта Рубениса оказались там, где ещё недавно их считали бы врагами.
К 1944 году Латышский добровольческий легион СС был крупной силой — около 110 тысяч человек. Часть легионеров участвовала в карательных операциях, и это не забывалось. Но после Сталинграда и Курска дисциплина начала трескаться. Солдаты уходили в леса. Обергруппенфюрер Фридрих Еккельн приказал ловить дезертиров и вешать их публично. Ещё тяжелее прозвучал его план вывезти из Риги в Германию 150 тысяч человек из 200 тысяч населения как рабочую силу. «В Германии они будут рабочими на заводах и помогут нашей победе над большевиками», — говорил он. Генерал Янис Курелис, который с 1941 года служил немцам, назвал это иначе: «Оказывается, немцы просто устроили нам ловлю рабов». Он перестал выполнять приказы об арестах и стал укрывать дезертиров. В ноябре 1944 года его полк окружили немцы, а более 2700 легионеров отправили в Штутгоф. Сам Курелис позже бежал в Швецию, а восемь офицеров его штаба были расстреляны.
Батальон Рубениса сдаваться отказался. После разоружения группы Курелиса он начал действовать в немецком тылу: разоружал офицеров, менял маршруты, уходил от погони. 18 ноября его окружили, бой шёл против бывших хозяев — немецких СС. Миномёты и противотанковые орудия должны были смять позиции, но батальон вырвался. Три недели четыре роты вермахта и СС гнали его по лесам. 8 декабря в последнем бою погибли около пятидесяти легионеров, включая Рубениса, и восемнадцать немцев, среди них оба командира преследовавшей группы. На следующий день выжившие, около сотни человек, вышли к «Красной стреле».
Отряд «Красная стрела» был создан советским разведчиком Карлисом Мачиньшем. Там уже принимали дезертиров из латышской полиции и легиона. Командовал отрядом бывший служащий вспомогательной полиции Владимир Семёнов, после его гибели — Виктор Столбов. Перед новичками поставили условие: искупить предательство кровью. Они согласились без торга. Бывшие легионеры СС стали нападать на немецкие заставы по ночам, ставить мины на дорогах, корректировать удары советской авиации по скоплениям живой силы и техники. Это была служба, где каждый выход мог стать последним.
Еккельн, приказавший уничтожить мятежников, в мае 1945 года был взят в плен Красной армией и повешен в Риге 3 февраля 1946 года.
Что должно было произойти, чтобы человек, добровольно служивший системе, увидел её суть — и достаточно ли позднего признания, если за него приходится платить чужой и своей кровью?
Подписывайтесь чтобы не потерять Герои СССР
