Наш юный оператор Андрюша надеялся увидеть в Дельфах если не портрет…
Наш юный оператор Андрюша надеялся увидеть в Дельфах если не портрет, то хотя бы какую-нибудь статую дельфийского оракула («Или хоть ногу его!») и пренеприятнейше выяснил, что оракул — это не личность и даже не должность. Это учреждение. Вроде древнегреческого НИИЧАВО.
В учреждении этом главным был Аполлон, но лично он приём не вёл, а общался через специально обученную женщину — пифию.
В лучшие годы пифии трудились на износ, поэтому штатное расписание расширили и внесли туда пифий две единицы с посменным графиком.
И ещё была третья — зам. пифии, пифия, скажем так, второй категории.
Набирали пифий из местных женщин старше 50 лет и назначали пожизненно. В ходе обряда, жуя лавровый лист, им нужно было окуривать себя ядовитыми парами, так что пожизненность могла оказаться недолгой — наблюдалась большая текучка пифий.
Приём был платный и случался не каждый день.
Например, зимой пифии вовсе не работали. «И так зуб на зуб не попадает в эти плюс 15, ещё не хватало на работу переться», — наверняка говорили они, поплотнее закутываясь в хитоны.
Из-за сложного графика случались накладки.
Например, Александр Великий явился однажды к Оракулу в неурочный час. Ему говорят: «Молодой человек, вы вообще записывались?», а он: «Мне только спросить».
Нашёл пифию, грубо схватил её за интуицию и потребовал внеурочных предсказаний.
«Ты непобедим!» — закричала пифия, лишь бы её оставили в покоеона ещё сериал не досмотрела.
«Пасиба», — обрадовался Александр и как пошёл побеждать — остановить не могли.
Но в основном предсказания были туманны. Например, однажды лидийский царь Крёз спросил, стоит ли ему воевать с персами.
Пифия пожевала лаврушку, сплюнула и говорит: «Если пойдёшь на персов, погубишь великое царство».
Крёз обрадовался, пошёл на персов и проиграл.
Из плена он направил Оракулу претензию. Мол, ваши пифии совсем там обкурились?
— Ну, во-первых, да, — ответили из Оракула. — А во-вторых, кто вам сказал, что вы погубите чужое царство? Было же очевидно, что речь о вашем собственном. Вы свои косяки на нас не перебрасывайте.
На таких зыбких прорицаниях учреждение, между прочим, протянуло больше тысячи лет.
Сейчас от храма остались только фундамент и восстановленные колонны. Но приём по-прежнему платный, 20 евро. Все-таки традиция есть традиция.
В учреждении этом главным был Аполлон, но лично он приём не вёл, а общался через специально обученную женщину — пифию.
В лучшие годы пифии трудились на износ, поэтому штатное расписание расширили и внесли туда пифий две единицы с посменным графиком.
И ещё была третья — зам. пифии, пифия, скажем так, второй категории.
Набирали пифий из местных женщин старше 50 лет и назначали пожизненно. В ходе обряда, жуя лавровый лист, им нужно было окуривать себя ядовитыми парами, так что пожизненность могла оказаться недолгой — наблюдалась большая текучка пифий.
Приём был платный и случался не каждый день.
Например, зимой пифии вовсе не работали. «И так зуб на зуб не попадает в эти плюс 15, ещё не хватало на работу переться», — наверняка говорили они, поплотнее закутываясь в хитоны.
Из-за сложного графика случались накладки.
Например, Александр Великий явился однажды к Оракулу в неурочный час. Ему говорят: «Молодой человек, вы вообще записывались?», а он: «Мне только спросить».
Нашёл пифию, грубо схватил её за интуицию и потребовал внеурочных предсказаний.
«Ты непобедим!» — закричала пифия, лишь бы её оставили в покое
«Пасиба», — обрадовался Александр и как пошёл побеждать — остановить не могли.
Но в основном предсказания были туманны. Например, однажды лидийский царь Крёз спросил, стоит ли ему воевать с персами.
Пифия пожевала лаврушку, сплюнула и говорит: «Если пойдёшь на персов, погубишь великое царство».
Крёз обрадовался, пошёл на персов и проиграл.
Из плена он направил Оракулу претензию. Мол, ваши пифии совсем там обкурились?
— Ну, во-первых, да, — ответили из Оракула. — А во-вторых, кто вам сказал, что вы погубите чужое царство? Было же очевидно, что речь о вашем собственном. Вы свои косяки на нас не перебрасывайте.
На таких зыбких прорицаниях учреждение, между прочим, протянуло больше тысячи лет.
Сейчас от храма остались только фундамент и восстановленные колонны. Но приём по-прежнему платный, 20 евро. Все-таки традиция есть традиция.