Мужчина, 38 лет, с поводом «травма».

Приезжаю, поднимаюсь на этаж, захожу в квартиру.

Я только открываю дверь, как ко мне навстречу бежит мужик. Прям именно бежит, держа тряпку на лице. Я говорю:

- «Стооооп, вы куда разогнались-то?»
- «В машину пойдёмте вашу, там продолжим разговор».
- «Да какая машина, погодите вы. Дайте я сначала осмотрю всё, помощь окажу, и пойдём в машину, если потребуется».
- «Да потребуется, там шить надо, к хирургу».
- «Ну это я сам решу. Тряпку-то уберите от лица».
- «Пожалуйста, пойдёмте в машину».

И пока мы решали, где будем проводить осмотр, из квартиры выходит ещё один мужик. Как позже выяснилось, брат пациента.

Мужчина в костюме, в туфлях, ну при параде прям. С виду серьёзный человек. Подходит к нам и просто стоит молчит. Я ему «здрасьте», а он молчит. Ну молчит и молчит, я тоже не особо хотел с ним беседовать. Мне гораздо интереснее было с пациентом разобраться.

А пациент мой смотрит на меня и глазами показывает, мол, «уходим отсюда».

И тут я чё-то напрягся. Мужик с окровавленным лицом, которое показывать не хочет. Второй, этот молчаливый Джони. Чё за триллер тут начинается?

Ну, думаю, ладно. Чего выяснять, я по наполненности полотенца кровью понимаю, что там точно госпитализация потребуется. И мы начинаем спускаться вниз, к машине. А молчаливый Джони так и остался стоять у двери.

Сели в машину, спрашиваю пациента:

- «Ну, может, объясните, чё тут происходит-то? Почему в квартире нельзя было осмотреть всё?»
- «Брат мой, он не совсем в порядке».
- «В каком смысле?»
- «Ну вот, смотрите».

Убирает полотенце, а там... не пойми что с лицом. Оно как будто расцарапано, что ли, только глубоко. И порезы такие широкие, кровит сильно.

- «Это он вас так?»
- «Да».
- «За что?»
- «Да ни за что. У него там диагнозы какие-то психиатрические, у него частенько крыша съезжает».
- «Так это чем он вас так?»
- «Ногтями».
- «Да не гони... В смысле, не врите мне, не похоже на ногти».
- «Да ногти это».

Знаете, вот выяснять подробности мне не очень хотелось. Перебинтовал его быстренько, и мы тронулись в сторону больницы.

И тут мужик выдаёт:

- «Только в карте не указывайте, что это брат меня».
- «А что я должен указать?»
- «Ну напишите собака там или кошка, я не знаю».
- «А зачем прикрывать-то его? Ему же тоже помощь нужна, только другого профиля».
- «Да его опять упекут в дурку, а у нас там ещё мать дома, она лежачая. Мне тяжело одному за ней ухаживать. Так-то он нормальный, просто всплески иногда бывают».

Ну и тут я выпал окончательно.

Я не стал ему предъявлять, что он диспетчеру сути не рассказал, тем самым ещё и меня подвергая опасности. Ибо Джони мог и мне так лицо расцарапать, чисто теоретически.

Меня больше другое интересовало...

- «А вот он сейчас с мамой остался, да? А за неё вы не переживаете? Если у него опять какой-то всплеск будет?»
- «Неее, её он не тронет».

Мужика я госпитализировал. Ну и в полицию, разумеется, передал информацию о вызове. Ибо тут криминал по факту, пусть едут разбираются.

И они разобрались. Спустя час-два после моего вызова на этот адрес поехали коллеги. Вместе с сопровождением полиции Джони всё-таки госпитализировали. Сначала в наш приёмник, а потом уже переправили в психиатрию.