Россия и Африка — исторические особенности сотрудничества

Когда речь идет о сотрудничестве с Африкой, нужно думать именно о партнерстве с конкретными государствами, так как для региона свойственен трайбализм — практически все политические партии, движения так или иначе существуют на основе родоплеменной системы, указал в комментарии для «Суверенной экономики» кандидат исторических наук, доцент ИОН Президентской академии Николай Манвелов. По его словам, исторически в большинстве государств руководитель страны или ее лидер — это, прежде всего, племенной вождь.

Развитые государства в первую очередь интересуются теми африканскими странами, в которых что-то имеется. Либо там уже налажена добыча полезных ископаемых, либо эти страны имеют важное геополитическое значение с точки зрения регионального лидерства, отметил эксперт. К первой категории можно отнести, к примеру, Нигерию, Анголу и Мозамбик, а ко второй — Египет, ЮАР, Кению и отчасти Эфиопию.

Что касается Африканского союза, надо помнить, что любая международная организация — это своего рода клуб по интересам, считает Манвелов. К примеру, участники ЕС сотрудничают прежде всего по удобным для себя направлениям. Африка ничем не будет от них в этом смысле отличаться.

Кроме того, в Африке существует очень серьезная проблема с демаркацией границ, потому что колонизаторы во многих местах проводили границы просто по прямой, указал эксперт. Есть также проблема кочевых племен и племенных бандформирований, которые не признают эти границы и перемещаются с места на место.

Учитывая эти особенности, Организация африканского единства и выросший из нее Африканский союз, объединяющий все признанные ООН африканские государства, — это скорее «организации благих намерений». По словам Манвелова, гораздо интереснее в этой ситуации региональные объединения, например ЭКОВАС — Экономическое сообщество стран Западной Африки. Когда в Западной Африке происходили различные гражданские и межплеменные войны, ЭКОВАС под руководством Нигерии вполне выступало в роли силы, которая могла вмешаться и что-то сделать.

Что касается России, в далекие времена одним из наиболее близких наших партнеров в Африке была Эфиопия, так как это была африканская христианская страна, хотя и не совсем православная в нашем понимании, пояснил эксперт. Отношения продолжались и в дальнейшем: в Эфиопии работали советские и российские госпитали, Россия так или иначе поддерживала эту страну.

Когда СССР вступил на социалистический путь развития, нас стали интересовать страны, которые могли или хотели декларировать приверженность социализму. Иногда в силу реальных политических убеждений, иногда в силу желания своего руководства. Таких стран было много. Проблема заключалась в том, что они временами меняли свою позицию.

Если говорить о социалистическом поясе в Африке, то это были Эфиопия, Сомали, Мозамбик, Ангола, перечислил Манвелов. Было такое крошечное государство Сан-Томе и Принсипи, не менее маленькое государство Острова Зеленого Мыса, нынешнее Кабо-Верде. В разные годы социалистическими идеями интересовались Гана, Гвинея-Бисау, Алжир и другие. В Ливии вообще была отдельная история — Джамахирия, достаточно своеобразная и трудноописуемая система.

К началу 1990-х существовала группа африканских стран, которые опасались СССР, а позже России как экспортера социализма. Например, Кения . Были страны, которые меняли свое мнение — например, Египет. Сейчас Москва, видимо, общается главным образом с теми странами, которым близки наши устремления по формированию многополярного мира. Потому что после краха СССР мир на некоторое время стал, скажем так, однополярным, и ничего с этим мы сделать не могли. Сейчас ситуация меняется, резюмировал эксперт.