Сегодня, 28 октября, Роману Григорьевичу Виктюку исполнилось бы 90 лет.

Впервые о Виктюке я узнал, когда смотрел номер сборной Санкт-Петербурга в КВН. Потом ходил на его знаменитых «Служанок», когда они приезжали в Питер. А особенно дорога мне стала «Отравленная туника» по Гумилёву — последний спектакль, который он поставил при жизни.

Романа Григорьевича не стало меньше шести лет назад. Юбилей круглый. Но в здании, где он создавал свой театр, я пока не нашёл ни одного мероприятия, посвящённого его 90-летию.

Более того, Театр Романа Виктюка теперь вообще не Театр Романа Виктюка.

Сначала его переименовали в Сцену «Мельников», а теперь — в Сцену на Стромынке.

Я до сих пор не понимаю, зачем понадобилось убирать имя режиссёра.

Я из Петербурга, и у нас есть БДТ имени Товстоногова. Это имя театр получил уже после смерти Георгия Саныча. И никому, слава богу, не приходит в голову его переименовывать только потому, что теперь там работают другие режиссёры.

А Виктюк создал собственный театр, который носил его имя ещё при жизни. Но после смерти имя с вывески убрали.

Когда Константин Богомолов возглавил театр, он говорил, что не планирует менять название. Позже руководство обещало сохранять наследие Виктюка и проводить юбилейные мероприятия.

И вот наступил юбилей.

Это как-то обидно, потому что Виктюк создал настоящий авторский театр. Со своим миром, эстетикой, актёрами.

И представьте себе, обходился без постиронии, капустника и гастарбайтеров в оранжевых жилетах в пьесах Шекспира.

Впрочем, у каждого своё представление о театральном искусстве.

Недавно увидел у Богомолова видео, где он рассказывает, что в Театре на Бронной наконец прислушались к зрителям и решили поменять кресла.

И как-то даже не по себе от мысли, что поменять кресла оказалось сложнее, чем убрать имя Виктюка с театра.