Мы уже привыкли ассоциировать магистральный трансгуманизм с…
Мы уже привыкли ассоциировать магистральный трансгуманизм с миллиардерами Кремниевой долины. Они жаждут достичь бессмертия и готовы поклониться машинам, если они им его обеспечат. Один из наиболее влиятельных среди них — серый кардинал Вашингтона Питер Тиль, который привел во власть вице-президента США. Тиль — явный фашист, выступающий за технократическое порабощение человечества. Если США этого не сделают — пугает он своих последователей, — в мир придет Антихрист глобального государства.
На противоположном полюсе от этой античеловечной идеологии мы найдем идеи освобождения и возвышения человека, за которые были готовы погибнуть те, кто в него верил. Светской формой их выражения стал коммунизм, но примерно в середине прошлого века возникло сразу несколько течений, соединявших борьбу за социальную справедливость с главными мировыми религиями, в первую очередь с христианством. Исповедовавшие такие взгляды священнослужители вдохновляли простых людей на сопротивление или даже сами брались за оружие. Кто-то из них заплатил за этот выбор жизнью.
Но этот яркий период закончился быстро. Советский Союз пал, левые идеи стали маргинальными, либо были искажены до неузнаваемости. Тем временем фашизм набирает силу и распространяется в разных обличьях, в том числе трансгуманистическом.
И вот мы уже видим афроамериканского теолога, который решил сочетать несочетаемое и соединить воедино теологию, освобождение чернокожих и трансгуманизм...
Автор «Теологии трансгуманистического освобождения чернокожих» (Black Transhuman Liberation, 2019) профессор Филип Батлер во многом с Тилем не согласен — он не считает власть технократии благом, он не призывает к замене человека ИИ, он вообще против власти белых и за освобождение чернокожих. И на первый взгляд может показаться, что автор в своем названии отсылается к известной латиноамериканской теологии освобождения и является ее продолжателем. Но это впечатление ложно...
Латиноамериканские теологи «Церкви бедных» говорили об универсальном освобождении «угнетенного от угнетения», а величайшим грехом называли отсутствие общечеловеческого братства и любви. Теология освобождения призывала к объединению и совместной борьбе людей, к социальному, политическому и экономическому преобразованию на базе синтеза левых идей и христианских идеалов справедливости. Христос здесь — революционер и защитник обездоленных, священник же — его последователь, готовый при необходимости даже встать под ружье. Именно такое соединение католицизма и коммунизма создало Кубу Фиделя Кастро.
А вот негритянские теологи Северной Америки таким универсализмом (равно как и такими успехами) не отличались изначально, а в дальнейшем всё более и более мельчали. На основателя движения Джеймса Х. Коуна оказали явное влияние двое ярких чернокожих теологов и активистов того времени — баптистский пастор Мартин Лютер Кинг — младший и его более радикальный оппонент, чернокожий мусульманский проповедник Малкольм Икс и вдохновляемое им движение «Черная власть». Именно под впечатлением от гибели Мартина Лютера Кинга Коун написал свою первую книгу, ставшую манифестом движения, — «Черная теология и власть черных». Но если Кинг проповедовал пацифизм в духе Ганди (с некоторыми оговорками) и требовал помощи «для обездоленных всех рас», то автор теологии черного освобождения и другие чернокожие теологи в массе своей концентрируются исключительно на страданиях чернокожих и ликвидации несправедливости по отношению к ним. Коун выступил с постулатом «Бог — черный».
📑 Читать статью целиком в 684 номере газеты «Суть времени» Сергея Кургиняна
#газета_Кургиняна
➡️ MAX | Telegram | ВК
На противоположном полюсе от этой античеловечной идеологии мы найдем идеи освобождения и возвышения человека, за которые были готовы погибнуть те, кто в него верил. Светской формой их выражения стал коммунизм, но примерно в середине прошлого века возникло сразу несколько течений, соединявших борьбу за социальную справедливость с главными мировыми религиями, в первую очередь с христианством. Исповедовавшие такие взгляды священнослужители вдохновляли простых людей на сопротивление или даже сами брались за оружие. Кто-то из них заплатил за этот выбор жизнью.
Но этот яркий период закончился быстро. Советский Союз пал, левые идеи стали маргинальными, либо были искажены до неузнаваемости. Тем временем фашизм набирает силу и распространяется в разных обличьях, в том числе трансгуманистическом.
И вот мы уже видим афроамериканского теолога, который решил сочетать несочетаемое и соединить воедино теологию, освобождение чернокожих и трансгуманизм...
Автор «Теологии трансгуманистического освобождения чернокожих» (Black Transhuman Liberation, 2019) профессор Филип Батлер во многом с Тилем не согласен — он не считает власть технократии благом, он не призывает к замене человека ИИ, он вообще против власти белых и за освобождение чернокожих. И на первый взгляд может показаться, что автор в своем названии отсылается к известной латиноамериканской теологии освобождения и является ее продолжателем. Но это впечатление ложно...
Латиноамериканские теологи «Церкви бедных» говорили об универсальном освобождении «угнетенного от угнетения», а величайшим грехом называли отсутствие общечеловеческого братства и любви. Теология освобождения призывала к объединению и совместной борьбе людей, к социальному, политическому и экономическому преобразованию на базе синтеза левых идей и христианских идеалов справедливости. Христос здесь — революционер и защитник обездоленных, священник же — его последователь, готовый при необходимости даже встать под ружье. Именно такое соединение католицизма и коммунизма создало Кубу Фиделя Кастро.
А вот негритянские теологи Северной Америки таким универсализмом (равно как и такими успехами) не отличались изначально, а в дальнейшем всё более и более мельчали. На основателя движения Джеймса Х. Коуна оказали явное влияние двое ярких чернокожих теологов и активистов того времени — баптистский пастор Мартин Лютер Кинг — младший и его более радикальный оппонент, чернокожий мусульманский проповедник Малкольм Икс и вдохновляемое им движение «Черная власть». Именно под впечатлением от гибели Мартина Лютера Кинга Коун написал свою первую книгу, ставшую манифестом движения, — «Черная теология и власть черных». Но если Кинг проповедовал пацифизм в духе Ганди (с некоторыми оговорками) и требовал помощи «для обездоленных всех рас», то автор теологии черного освобождения и другие чернокожие теологи в массе своей концентрируются исключительно на страданиях чернокожих и ликвидации несправедливости по отношению к ним. Коун выступил с постулатом «Бог — черный».
📑 Читать статью целиком в 684 номере газеты «Суть времени» Сергея Кургиняна
#газета_Кургиняна
➡️ MAX | Telegram | ВК