#История

Один правитель, вообразивший себя Наполеоном, уничтожил 90% мужского населения собственной страны. Это не сценарий антиутопии. Это реальная история Парагвая 1864–1870 годов.

Франсиско Солано Лопес пришёл к власти в 1862 году и сразу возомнил себя великим полководцем. Он заказывал копии наполеоновской короны, мечтал превратить Асунсьон в южноамериканский Париж и решил перекроить карту континента.

Повод нашёлся быстро. В декабре 1864 года Парагвай вторгся в Бразилию. А через год против Лопеса объединились Бразилия, Аргентина и Уругвай. Численный перевес союзников был трёхкратным. Но Лопес отказался от переговоров. Он решил воевать до конца.

Когда кончились взрослые мужчины, он призвал стариков и подростков. Когда не стало и их — отправил на войну детей. Самое страшное сражение произошло 16 августа 1869 года. 6 тысяч парагвайцев прикрывали отступление основных сил. 3,5 тысячи из них были мальчиками от 8 до 15 лет. Перед боем они рисовали сажей усы и бороды, чтобы казаться старше. Почти все погибли. Бразильцы подожгли сухой кустарник, где они укрывались, и тысячи детей сгорели заживо.

Сегодня в Парагвае 16 августа отмечается День ребёнка. Но мало кто вспоминает, что этот день стал символом величайшей трагедии в истории страны.

Цена оказалась чудовищной. Из полуторамиллионного населения в живых осталось не более 230 тысяч человек. Из них — только 10% мужчин, в основном старики и калеки. Страна потеряла 40% территории. Экономика была уничтожена. Парагвай, некогда имевший сталелитейные заводы и железные дороги, превратился в аграрное захолустье.

Путешественники описывали его как «женское царство» — мужчин физически не хватало. Одной женщине приходилось делить мужчину с другими.

Лопес погиб 1 марта 1870 года, переплывая реку. Даже в последний момент он не признал поражения и продолжал считать себя законным президентом.

Сегодня его портрет украшает парагвайские монеты. Но за этой героизацией скрывается одна из самых страшных страниц истории. История о том, как один человек, ослеплённый гордыней, уничтожил целую нацию.

Власть, помноженная на манию величия, всегда приводит к одному и тому же. Чем раньше мы научимся распознавать таких «Наполеонов» — тем меньше шансов, что подобное повторится.