Друг детства позвонил в четверг
Начал с дачи, с матери, с погоды — и я уже понимал, что это разбег.

— Макс, Пашка университет закончил. Специальность твоя, эти ваши сайты. Второй месяц работу найти не может. На тебя надежда. Парень серьёзный, не подведёт.

— Пусть завтра к десяти придёт. Попробую взять.

Павел пришёл ровно в десять:
высокий, широкоплечий, в хорошем пальто и с часами, которые я узнал даже при своей неосведомлённости. Работаю я дома, офиса нет, так что провёл его на кухню. Сел без приглашения, положил ногу на ногу, огляделся.

— Я и на твой сайт заходил. Неплохо. А работаешь, выходит, на кухне? Денег не хватает?

Я посмотрел на часы и объяснил: первые три месяца — правки, вёрстка мелочей, тексты. Каждый шаг показываешь мне. Потом проект.

— Правки? Я думал, сразу с проектов начну. Я вообще-то не из последних.

— Будешь начинать с правок. Мы обязаны на тебя посмотреть. Всё, иди, у меня нет времени.

Он не встал.

— Сколько я буду получать? Это принципиально.

И тут на меня нашло раздражение. Я знаю за собой эту особенность: оно приходит раньше, чем я успеваю придумать, как его спрятать.

— А работать ты умеешь? Сначала покажи, на что способен, потом про деньги спрашивай. Про работу — ни одного вопроса. Иди.

Договорить я не успел.

После обеда позвонил Витя:

— Ты же обещал. В чём дело?

— Он про зарплату спросил. Первым делом.

— Он тебе не чужой. Я тебя просил по-человечески.

И отключился. Я написал ему четыре сообщения и стёр все четыре: первое было слишком длинным, второе обидным, третье оправдывалось, четвёртое было почти извинением. Не ушло ничего.

Вечером я рассказал Кате. Она спросила только одно:

— А почему ты так разозлился?

— Он пришёл не работать, а получать.

Катя достала свою тетрадь в клетку, перевернула несколько страниц назад и показала мою же запись недельной давности: «Почему я двадцать лет считал работой только то, что удобно считать?»

— Ты двадцать лет не решался спросить про деньги первым. Тебе было неудобно. А он спросил — сразу, без извинений. И ты его за это выгнал. Ты выгнал не того, кто про деньги спросил. Ты выгнал того, кто смог.

Спорить с её тетрадью бесполезно. Я это давно понял.

Что я записал, когда остыл:

— Разговор о деньгах почти никогда не начинают из жадности. Его начинают из страха, что поработаешь бесплатно.
— Порядок вопросов важнее самих вопросов. Он спросил про зарплату, но не спросил, что делать. Вот это и был ответ. Только я вместо этого стал воспитывать.
— Раздражение — плохой советчик и очень точный указатель. Оно почти всегда значит, что вы услышали про себя что-то верное.

Правило, которое я вписал отдельно: на вопрос про деньги отвечайте сразу. Это ничего не стоит и снимает напряжение целиком.

Кто прав — я до сих пор не знаю. Знаю только, что Виктору я так и не написал, и это единственное, в чём я точно был не прав.

А вы спрашивали про зарплату на первом разговоре или стояли и ждали, пока предложат?