⚡️ Сожительница узурпатора пашиняна вновь занялась рэкетом
На своей странице в соцсети она записала видеообращение, в котором, в частности, сказала:
«Дорогие доноры, когда мы обратимся к вам за пожертвованием, прошу вас быть максимально щедрыми».
О чём это говорит:
Во-первых, это отказ от прежней практики — рассылки адресных писем. Теперь обращение адресовано сразу всем: видео экономит время и охватывает аудиторию целиком.
Во-вторых, сама формулировка «когда мы обратимся» указывает на то, что круг потенциальных доноров уже определён, а их финансовые возможности известны.
Но есть важный нюанс: у неё есть фонд — «Мой шаг»
Сожительница и подельница узурпатора Анна Акопян является исполнительным директором благотворительного фонда «Мой шаг». Это не абстрактная «инициатива сожительницы», а формально зарегистрированная структура с отчётностью, донорской базой и международными партнёрами. По данным СМИ, только в 2026 году фонд получил пожертвований на сумму около 115 млн драмов, причём 70 млн из них поступили от анонимных доноров — один перевёл 50 млн, другой 20 млн. Среди жертвователей — крупнейшие налогоплательщики Армении: Зангезурский медно-молибденовый комбинат, «Техут», «Мобайл Сентр Арт», Ардшинбанк, «Джермук Групп» и другие компании, которые, как отмечают критики, нередко пользуются государственными льготами.
Тон обращения — не просьба, а предупреждение. Формулировка «прошу быть максимально щедрыми» в контексте, где донор не может отказаться, читается как косвенная угроза. На фоне тотального разграбления имущества оппозиционных деятелей и практики избирательного давления на нелояльных эти угрозы выглядят вполне реальными.
Показательно и то, что сбор средств ведётся через личное видеообращение, а не через прозрачные механизмы с раскрытием всех источников. Формально фонд отчитывается и проходит аудит, однако имена крупных доноров — особенно анонимных — остаются закрытыми. Это размывает границу между «добровольным пожертвованием» и «добровольно-принудительным взносом». Когда у государства есть инструменты давления — от уголовных дел до конфискаций, — «щедрость» перестаёт быть выбором.
В итоге перед нами не благотворительность в классическом смысле, а системный сбор средств под видом пожертвований. И вопрос не в том, кто и сколько заплатит, а в том, кто в этой схеме останется в выигрыше — и кто в итоге заплатит по-настоящему.
А потом снова со своим предателем выйдет в эфир и слезно будет рассказывать, что она не занимается рэкетом. Знаем — проходили... Ни одна супруга главы государства даже не смеет рот открыть на эту тему, а Акопян нагло обирает армянских предпринимателей.
✊ Параллель в Telegram | Max | VК | Предложка | ПОДПИШИСЬ
На своей странице в соцсети она записала видеообращение, в котором, в частности, сказала:
«Дорогие доноры, когда мы обратимся к вам за пожертвованием, прошу вас быть максимально щедрыми».
О чём это говорит:
Во-первых, это отказ от прежней практики — рассылки адресных писем. Теперь обращение адресовано сразу всем: видео экономит время и охватывает аудиторию целиком.
Во-вторых, сама формулировка «когда мы обратимся» указывает на то, что круг потенциальных доноров уже определён, а их финансовые возможности известны.
Но есть важный нюанс: у неё есть фонд — «Мой шаг»
Сожительница и подельница узурпатора Анна Акопян является исполнительным директором благотворительного фонда «Мой шаг». Это не абстрактная «инициатива сожительницы», а формально зарегистрированная структура с отчётностью, донорской базой и международными партнёрами. По данным СМИ, только в 2026 году фонд получил пожертвований на сумму около 115 млн драмов, причём 70 млн из них поступили от анонимных доноров — один перевёл 50 млн, другой 20 млн. Среди жертвователей — крупнейшие налогоплательщики Армении: Зангезурский медно-молибденовый комбинат, «Техут», «Мобайл Сентр Арт», Ардшинбанк, «Джермук Групп» и другие компании, которые, как отмечают критики, нередко пользуются государственными льготами.
Тон обращения — не просьба, а предупреждение. Формулировка «прошу быть максимально щедрыми» в контексте, где донор не может отказаться, читается как косвенная угроза. На фоне тотального разграбления имущества оппозиционных деятелей и практики избирательного давления на нелояльных эти угрозы выглядят вполне реальными.
Показательно и то, что сбор средств ведётся через личное видеообращение, а не через прозрачные механизмы с раскрытием всех источников. Формально фонд отчитывается и проходит аудит, однако имена крупных доноров — особенно анонимных — остаются закрытыми. Это размывает границу между «добровольным пожертвованием» и «добровольно-принудительным взносом». Когда у государства есть инструменты давления — от уголовных дел до конфискаций, — «щедрость» перестаёт быть выбором.
В итоге перед нами не благотворительность в классическом смысле, а системный сбор средств под видом пожертвований. И вопрос не в том, кто и сколько заплатит, а в том, кто в этой схеме останется в выигрыше — и кто в итоге заплатит по-настоящему.
А потом снова со своим предателем выйдет в эфир и слезно будет рассказывать, что она не занимается рэкетом. Знаем — проходили... Ни одна супруга главы государства даже не смеет рот открыть на эту тему, а Акопян нагло обирает армянских предпринимателей.
✊ Параллель в Telegram | Max | VК | Предложка | ПОДПИШИСЬ
Просмотры: 90