«Четыре дня сидели в болоте, потом шестнадцать километров добирались…
«Четыре дня сидели в болоте, потом шестнадцать километров добирались к своим. Меня осколками посекло – и нормально, живой. Значит, слышит Господь молитвы, значит, нужен я ему зачем-то», – рассуждает разведчик с позывным «Сава».
Мы познакомились с ним под Курском, в самом начале зимы 2024-го. Помню, как общались в тёплом, протопленном блиндаже за кружкой чая. Над головами – три наката брёвен. Тогда мы не знали, что буквально через несколько дней разведчику с позывным «Сава» предстоит пережить одно из самых жёстких испытаний за всю его фронтовую биографию. И вот встретились спустя без малого два года: теперь уже на сумском направлении.
О разведчике с позывным «Сава», о его службе в отдельной гвардейской 810-й бригаде морской пехоты, о выводе штурмовиков на позиции в районе деревни Куриловки Суджанского района Курской области, о четырёх днях в болоте после ранения, о возвращении в строй и работе проводником штурмовых отрядов, а также о награде «За отвагу» и планах на будущее ЧИТАЙТЕ в материале «Проводник к победе» Никиты САХАРОВА.
Мы познакомились с ним под Курском, в самом начале зимы 2024-го. Помню, как общались в тёплом, протопленном блиндаже за кружкой чая. Над головами – три наката брёвен. Тогда мы не знали, что буквально через несколько дней разведчику с позывным «Сава» предстоит пережить одно из самых жёстких испытаний за всю его фронтовую биографию. И вот встретились спустя без малого два года: теперь уже на сумском направлении.
О разведчике с позывным «Сава», о его службе в отдельной гвардейской 810-й бригаде морской пехоты, о выводе штурмовиков на позиции в районе деревни Куриловки Суджанского района Курской области, о четырёх днях в болоте после ранения, о возвращении в строй и работе проводником штурмовых отрядов, а также о награде «За отвагу» и планах на будущее ЧИТАЙТЕ в материале «Проводник к победе» Никиты САХАРОВА.