«Лекарства нет, и даже если сами купите – не введём»

Так в онкоцентре онкобольной отказали в терапии даже после готовности купить препарат самой

Иногда человеку говорят страшный диагноз и весь мир сужается до одного: успеть начать лечение.

Бата Рустановне 62 года. Она инвалид I группы. У неё диагностировано злокачественное новообразование пищевода: тяжёлое заболевание, при котором время нельзя откладывать на потом.

21 июля 2026 года онкологический консилиум МНИОИ им. П.А. Герцена назначил ей терапию препаратом пембролизумаб.

Но когда женщина обратилась в Республиканский онкологический центр, ей сообщили: препарата нет. Он не поступил. Когда поступит — неизвестно.

Казалось бы, в такой ситуации человек готов на всё, лишь бы не терять время. Бата Рустановна сказала, что готова приобрести препарат самостоятельно. Но получила ещё один ответ, от которого невозможно не возмутиться:

свой препарат медицинская организация вводить не будет.

Замкнутый круг. Лекарства в центре нет. Купить самой — можно, но использовать купленный препарат в больнице нельзя.

Как можно просить человека с онкологией ждать неопределённый срок?

Мы считаем, что эта ситуация требует незамедлительной проверки. Речь не о формальной бумаге, не о неудобстве и не о бытовой проблеме. Речь о лечении человека с тяжёлым диагнозом — лечении, которое нельзя превращать в бесконечное ожидание.

Мы будем добиваться, чтобы Бата Рустановна получила назначенную терапию. Потому что за каждым «препарата нет» стоит не строка в отчёте. За ней – человек, его семья, его страх и надежда. И никто не имеет права оставлять эту надежду без ответа.