В сказочном русском триллере про мальчика, который не только выжил, но и заживо сжег все семейство Яги, больше всего поражает шпагат.

Помните? Яга ворует мальчика (его обычно зовут Лутонюшка), притаскивает домой и велит дочкам зажарить. Мальчик по их требованию безропотно садится на хлебную лопату, но широко раздвигает конечности, чтобы ни в коем случае не пролезть в устье печи. Ягишны злятся, мальчик прикидывается дурачком и требует показать, как надо лежать. Ягишны ложатся на лопату, он их вдвигает в печь и сжигает.

Так вот. Свои конечности он раздвигает по-разному. Часто в виде шпагата.

«Вылез мальчик из голбца, подходит к печке, садится на лопату, а ноги разшарачил».

Зеленин Д. К. Великорусские сказки Вятской губернии. Пг., 1915. № 2.

«Терешенька сел на лопату, ноги широко расставил и никак не войдет в печь».

Сказки. Ижевск. 1999. № 7.

«Жихарь лег. Одну ногу уставил в потолок, другую – в пол».

Волшебное колечко. Вятские народные сказки, песни и загадки. Горький. 1965. С. 51.

«А он взял, лёг – одну ногу на валок, другу в потолок».

Русские сказки Урала. Екатеринбург. 1997. С. 113.

В этот момент моя фантазия неизбежно подставляет на место сказочного мальчика Ван Дамма... И сразу становится ясно: не было у Яги против Ван Дамма Лутонюшки никаких шансов. Вся ее семья была обречена на уничтожение силами добра. Потому что против шпагата ну что поделаешь?

Минутка этнографии