🧠 Григорий Добромелов, руководитель аналитического центра «Департамент государственного консалтинга»:
— Назначение Силуанова и его заместителя Окладниковой, которые будут работать тандемом, показывает, что ключевая задача сегодня — грамотно распределить те бюджетные ресурсы, которыми страна располагает. Поэтому реформа системы государственного управления станет главной задачей нового руководителя аппарата. Работа эта сродни ремонту самолета в воздухе, но именно ее придется выполнить.
Григоренко, безусловно, нужно сказать спасибо. Его команда сворачивала глыбы, казавшиеся неразрешимыми: бумажный документооборот, процессы внутри аппарата правительства, реформа контрольно-надзорной деятельности. Эти достижения золотыми буквами войдут в антологию российского государственного управления.
Но когда «низко висящие плоды» были сорваны, а быстрые победы были одержаны, необходимы были структурные, системные, стратегические изменений. Здесь команда споткнулась о волну перманентных срочных и важных задач. Попытки проанализировать загруженность ведомств и сократить заместителей министров закончились печально.
Теперь пора переходить к новому этапу. Эволюция повышения эффективности добралась до государственной и муниципальной службы. С 2018 по 2024 годы действовал нацпроект по повышению производительности труда, ориентированный прежде всего на реальный сектор. С 2024 года указ № 309 о национальных целях развития поставил задачу добиться стопроцентной вовлеченности социальной сферы в бережливое производство.
После Совета по стратегическому развитию в декабре прошлого года появилось поручение президента распространить повышение производительности и на систему государственного и муниципального управления. Внедрение искусственного интеллекта и единое рабочее место госслужащего создают для этого необходимое поле. Однако всякий, кто сталкивался с внедрением ИИ и агентов, понимает: если не пересмотреть процессы, цифровизация даст лишь хорошо оцифрованный хаос.
Поэтому, прежде чем внедрять алгоритмы, нужно изменить сам процесс. Реформа аппарата — не сокращение позиций. Все привыкли к классической минфиновской формулировке: «сократить все расходы на 10%». Но когда министру не позволяют расставлять приоритеты («и от этого отказаться нельзя, и от этого нельзя»), остается резать все поровну и надеяться перепрыгнуть пропасть на 95%. Чем это обычно заканчивается, знают все.
Нужен другой подход. Сократить расходы на управление на 20% не значит сократить 20% госслужащих. Линейно это не работает. Сначала процесс нужно описать и картировать, найти места максимальных потерь и определить, какие изменения дадут наибольший эффект. И лишь потом решать, какие направления работы требуют сокращений. А по каким-то штат, возможно, придется даже увеличить, чтобы все остальные процессы стали эффективнее. Иными словами, сначала диагностика, затем хирургия, а не наоборот.
— Назначение Силуанова и его заместителя Окладниковой, которые будут работать тандемом, показывает, что ключевая задача сегодня — грамотно распределить те бюджетные ресурсы, которыми страна располагает. Поэтому реформа системы государственного управления станет главной задачей нового руководителя аппарата. Работа эта сродни ремонту самолета в воздухе, но именно ее придется выполнить.
Григоренко, безусловно, нужно сказать спасибо. Его команда сворачивала глыбы, казавшиеся неразрешимыми: бумажный документооборот, процессы внутри аппарата правительства, реформа контрольно-надзорной деятельности. Эти достижения золотыми буквами войдут в антологию российского государственного управления.
Но когда «низко висящие плоды» были сорваны, а быстрые победы были одержаны, необходимы были структурные, системные, стратегические изменений. Здесь команда споткнулась о волну перманентных срочных и важных задач. Попытки проанализировать загруженность ведомств и сократить заместителей министров закончились печально.
Теперь пора переходить к новому этапу. Эволюция повышения эффективности добралась до государственной и муниципальной службы. С 2018 по 2024 годы действовал нацпроект по повышению производительности труда, ориентированный прежде всего на реальный сектор. С 2024 года указ № 309 о национальных целях развития поставил задачу добиться стопроцентной вовлеченности социальной сферы в бережливое производство.
После Совета по стратегическому развитию в декабре прошлого года появилось поручение президента распространить повышение производительности и на систему государственного и муниципального управления. Внедрение искусственного интеллекта и единое рабочее место госслужащего создают для этого необходимое поле. Однако всякий, кто сталкивался с внедрением ИИ и агентов, понимает: если не пересмотреть процессы, цифровизация даст лишь хорошо оцифрованный хаос.
Поэтому, прежде чем внедрять алгоритмы, нужно изменить сам процесс. Реформа аппарата — не сокращение позиций. Все привыкли к классической минфиновской формулировке: «сократить все расходы на 10%». Но когда министру не позволяют расставлять приоритеты («и от этого отказаться нельзя, и от этого нельзя»), остается резать все поровну и надеяться перепрыгнуть пропасть на 95%. Чем это обычно заканчивается, знают все.
Нужен другой подход. Сократить расходы на управление на 20% не значит сократить 20% госслужащих. Линейно это не работает. Сначала процесс нужно описать и картировать, найти места максимальных потерь и определить, какие изменения дадут наибольший эффект. И лишь потом решать, какие направления работы требуют сокращений. А по каким-то штат, возможно, придется даже увеличить, чтобы все остальные процессы стали эффективнее. Иными словами, сначала диагностика, затем хирургия, а не наоборот.
Просмотры: 151