Начало здесь: https://max.ru/mario/AZ-qZqLMDiU Долго орать не пришлось. Аню стремительно начали опускать вниз. Мелькнули под ногами крыши домиков – и вот она уже стоит посреди светлой улицы.
– Гы! – раздалось сверху.
Поднять голову и посмотреть, кто же это такой добрый, Аня не успела. Потому что со всех сторон к ней начали подходить люди. Вполне себе обыкновенные. Вот только одеты они были... Аня зажмурилась и опять открыла глаза. Нет, ей не показалось.
В толпе, подходившей к ней, люди были одеты в костюмы разных эпох. Тут были дамы в роскошных платьях – с корсетами, стягивающими талию, с пышными юбками на кринолинах, в кружевных перчатках и широкополых шляпах, украшенных перьями и лентами. Рядом с ними – девчонки в мини-юбках с кислотно-розовыми и ядовито-зелёными волосами, в кожаных куртках с заклёпками и тяжёлых ботинках на платформе. Какой-то то ли парень, то ли девушка в стальном комбинезоне с множеством карманов и молний – такие любят изображать людей будущего фантасты. Мужчины в деловых костюмах – строгих, тёмных, с галстуками и начищенными туфлями. И тут же – бородатые мужики в длинных льняных рубахах, подпоясанных расшитыми кушаками, в лаптях и онучах. А вот этот явно из девяностых – тёмно-синий спортивный костюм с белыми полосками, туфли с длинными носами и кожаная куртка нараспашку. У Ани зарябило в глазах от этого калейдоскопа лиц, тканей и фасонов.
– Что здесь происходит?! – не выдержала она, и голос её сорвался на визг.
– С прибытием, – вышел к ней мужчина в длинном пиджаке с котелком на голове, с тросточкой в правой руке и трубкой в левой. – На правах первого жителя нашего города приветствую тебя, незнакомка. Назови нам своё имя. А наши имена ты узнаешь постепенно. Иначе это долго будет длиться. А сейчас нам будут поставлять еду, и её надо будет успеть забрать. Иначе уберут.
– Кто уберёт? – не поняла она.
– Хозяин. Имя мы его не знаем. Он говорит на непонятном языке...
– Мне кажется, я приблизился к разгадке разговорного языка, – вмешался в разговор какой-то старичок в очках с толстыми линзами. – У них очень мало гласных, что затрудняет понимание речи.
– Я вас умоляю. Что вам даст понимание речи? – возмутился Котелок. Так про себя его назвала Аня.
– У неё кошка! – закричал кто-то в толпе. – Я такую помню. У нас была!
– Кошка! Кошка! Кошка! – взвыла толпа и плотнее придвинулась к ней.
Фулька, больно царапнув Аню, рванула из её рук и умчалась по улице. Несколько мальчишек кинулись вслед за кошкой. Аня было рванула следом, но её остановила тросточка, протянутая Котелком.
– Девочка. Назови нам своё имя! Протестовать бесполезно, – договорить Котелок не успел.
Потому что сверху раздался неприятный скрежет, и на площадь между домами чья-то огромнейшая рука поставила полный таз еды. Насколько Аня видела, там были куски хлеба – тёмного, ржаного, с трещинками на корке и мягкой, ноздреватой мякотью. Куски мяса – варёного, с прожилками и прослойками жира, и копчёного, с золотистой корочкой. Какие-то обрезки овощей – морковь, свёкла, картофель, капустные листья, – перемазанные землёй и слипшиеся в комья. Тут же лежали куски сахара – неровные, колотые, с острыми краями, и горсть тёмных ягод, похожих на смородину. Всё это было перемешано, свалено в кучу, и от таза шёл густой, сытный запах, от которого у Ани невольно заурчало в животе.
На неё совсем перестали обращать внимания. Люди кинулись к тазу, выкатывая откуда-то тележки. Выстроившись цепочкой, они принялись сортировать продукты: мясо – в одну тачку, хлеб – в другую, куски сахара – в третью, овощи и фрукты – отдельно.
Аня осмотрелась. Они стояли на круглой площади очень правильной формы. От площади лучами расходились улочки – неимоверно ровные, будто начерченные по линейке. Одинаковые белые двухэтажные домишки были будто сделаны из картона – с плоскими крышами, одинаковыми окнами и дверями, без единого признака индивидуальности. Ни тебе занавесок,
– Гы! – раздалось сверху.
Поднять голову и посмотреть, кто же это такой добрый, Аня не успела. Потому что со всех сторон к ней начали подходить люди. Вполне себе обыкновенные. Вот только одеты они были... Аня зажмурилась и опять открыла глаза. Нет, ей не показалось.
В толпе, подходившей к ней, люди были одеты в костюмы разных эпох. Тут были дамы в роскошных платьях – с корсетами, стягивающими талию, с пышными юбками на кринолинах, в кружевных перчатках и широкополых шляпах, украшенных перьями и лентами. Рядом с ними – девчонки в мини-юбках с кислотно-розовыми и ядовито-зелёными волосами, в кожаных куртках с заклёпками и тяжёлых ботинках на платформе. Какой-то то ли парень, то ли девушка в стальном комбинезоне с множеством карманов и молний – такие любят изображать людей будущего фантасты. Мужчины в деловых костюмах – строгих, тёмных, с галстуками и начищенными туфлями. И тут же – бородатые мужики в длинных льняных рубахах, подпоясанных расшитыми кушаками, в лаптях и онучах. А вот этот явно из девяностых – тёмно-синий спортивный костюм с белыми полосками, туфли с длинными носами и кожаная куртка нараспашку. У Ани зарябило в глазах от этого калейдоскопа лиц, тканей и фасонов.
– Что здесь происходит?! – не выдержала она, и голос её сорвался на визг.
– С прибытием, – вышел к ней мужчина в длинном пиджаке с котелком на голове, с тросточкой в правой руке и трубкой в левой. – На правах первого жителя нашего города приветствую тебя, незнакомка. Назови нам своё имя. А наши имена ты узнаешь постепенно. Иначе это долго будет длиться. А сейчас нам будут поставлять еду, и её надо будет успеть забрать. Иначе уберут.
– Кто уберёт? – не поняла она.
– Хозяин. Имя мы его не знаем. Он говорит на непонятном языке...
– Мне кажется, я приблизился к разгадке разговорного языка, – вмешался в разговор какой-то старичок в очках с толстыми линзами. – У них очень мало гласных, что затрудняет понимание речи.
– Я вас умоляю. Что вам даст понимание речи? – возмутился Котелок. Так про себя его назвала Аня.
– У неё кошка! – закричал кто-то в толпе. – Я такую помню. У нас была!
– Кошка! Кошка! Кошка! – взвыла толпа и плотнее придвинулась к ней.
Фулька, больно царапнув Аню, рванула из её рук и умчалась по улице. Несколько мальчишек кинулись вслед за кошкой. Аня было рванула следом, но её остановила тросточка, протянутая Котелком.
– Девочка. Назови нам своё имя! Протестовать бесполезно, – договорить Котелок не успел.
Потому что сверху раздался неприятный скрежет, и на площадь между домами чья-то огромнейшая рука поставила полный таз еды. Насколько Аня видела, там были куски хлеба – тёмного, ржаного, с трещинками на корке и мягкой, ноздреватой мякотью. Куски мяса – варёного, с прожилками и прослойками жира, и копчёного, с золотистой корочкой. Какие-то обрезки овощей – морковь, свёкла, картофель, капустные листья, – перемазанные землёй и слипшиеся в комья. Тут же лежали куски сахара – неровные, колотые, с острыми краями, и горсть тёмных ягод, похожих на смородину. Всё это было перемешано, свалено в кучу, и от таза шёл густой, сытный запах, от которого у Ани невольно заурчало в животе.
На неё совсем перестали обращать внимания. Люди кинулись к тазу, выкатывая откуда-то тележки. Выстроившись цепочкой, они принялись сортировать продукты: мясо – в одну тачку, хлеб – в другую, куски сахара – в третью, овощи и фрукты – отдельно.
Аня осмотрелась. Они стояли на круглой площади очень правильной формы. От площади лучами расходились улочки – неимоверно ровные, будто начерченные по линейке. Одинаковые белые двухэтажные домишки были будто сделаны из картона – с плоскими крышами, одинаковыми окнами и дверями, без единого признака индивидуальности. Ни тебе занавесок,