Меня не раз спрашивали: как я провожу границу между своим…
Меня не раз спрашивали: как я провожу границу между своим священническим служением и психологическим консультированием и как разрешаю те внутренние конфликты, которые могут возникать из-за противоречий между первым и вторым.
И вот, что я могу сказать. Как бы чудно это ни звучало, но вопрос этой самой границы для меня не актуален, а внутренние конфликты не возникают потому, что нет и противоречий, которые могли бы их обусловить.
Безусловно, есть принципиальная разница между исповедью, пастырской беседой и консультацией. Исповедь может включать в себя моменты консультирования, хотя это и не очень желательно. В беседе элементы консультирования уже более применимы. Но собственно консультирование имеет и от исповеди, и от беседы принципиальные отличия. Так же, как и они от нее.
Но нет разницы между мной – в одной «роли» и в другой. В обеих я стараюсь помочь человеку достичь того «наилучшего возможного», которое реально для него в текущий момент. И руководствуюсь при этом не правилами, не нормами, не какими-то внешними регламентами, а совестью. Именно она и помогает находить это «наилучшее возможное» и следовать ему.
Когда-нибудь я обязательно напишу книгу, в которой о «наилучшем возможном» будет посвящена значительная ее часть. А пока лишь уточню, что «наилучшее возможное» это, собственно, и есть та воля Божия о человеке, которую люди так часто ищут, но никак не могут понять – в чем же она заключается.
Это то, о чем говорит апостол: «Бог хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины» (см.: 1 Тим. 2:3-4).
Если ты тоже хочешь этого, то точно поймешь, как органично и бесконфликтно совмещать разные служения – так, что они составят единое целое.
И вот, что я могу сказать. Как бы чудно это ни звучало, но вопрос этой самой границы для меня не актуален, а внутренние конфликты не возникают потому, что нет и противоречий, которые могли бы их обусловить.
Безусловно, есть принципиальная разница между исповедью, пастырской беседой и консультацией. Исповедь может включать в себя моменты консультирования, хотя это и не очень желательно. В беседе элементы консультирования уже более применимы. Но собственно консультирование имеет и от исповеди, и от беседы принципиальные отличия. Так же, как и они от нее.
Но нет разницы между мной – в одной «роли» и в другой. В обеих я стараюсь помочь человеку достичь того «наилучшего возможного», которое реально для него в текущий момент. И руководствуюсь при этом не правилами, не нормами, не какими-то внешними регламентами, а совестью. Именно она и помогает находить это «наилучшее возможное» и следовать ему.
Когда-нибудь я обязательно напишу книгу, в которой о «наилучшем возможном» будет посвящена значительная ее часть. А пока лишь уточню, что «наилучшее возможное» это, собственно, и есть та воля Божия о человеке, которую люди так часто ищут, но никак не могут понять – в чем же она заключается.
Это то, о чем говорит апостол: «Бог хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины» (см.: 1 Тим. 2:3-4).
Если ты тоже хочешь этого, то точно поймешь, как органично и бесконфликтно совмещать разные служения – так, что они составят единое целое.