Херсонский Областной Художественный Музей

Иной масштаб раскрывает полотно «Строительство шлюза Каховской ГЭС» (1953, холст, масло).

Массивные стены обрамляют глубокое пространство стройки; краны, лестницы и переходы связывают его по высоте. Тёплые охристые поверхности соседствуют с холодными серыми и голубоватыми оттенками. Небольшие фигуры людей помогают почувствовать грандиозность сооружения — и одновременно напоминают, чьими руками оно создавалось.

Эти произведения из фондов нашего музея хранят память не только об инженерном достижении. Они сохраняют уважение к мастерству, терпению и взаимной поддержке — качествам, без которых невозможно ни одно большое дело.

В ночь на 6 июня 2023 года, в результате неоднократных и намеренных атак киевской хунты надводные сооружения Каховской ГЭС были разрушены. Нам всем, предстоит большая работа по восстановлению разрушенного. Пусть энергия созидания, запечатлённая Иваном Ботько, продолжает вдохновлять на труд, который приносит свет, благополучие и надежду.


На заставке: Митинг строителей Каховской ГЭС, посвященный пуску 1-го агрегата. 18 октября 1955 года. Фото из фондов Херсонского областного краеведческого музея.

🏛 Ваш Херсонский областной художественный музей

В рисунке «Заливка шпунта на строительстве Каховской ГЭС» (1952, бумага, карандаш)

ритм становится строже. Плотный ряд вертикальных элементов, тёмные силуэты механизмов, горизонтали настилов создают ощущение собранности и напряжённой работы. Меняя нажим карандаша, Ботько различает тяжесть конструкций, лёгкость дальнего плана и подвижность человеческих фигур.

«Разгрузочная площадка на строительстве Каховской ГЭС» (1951, бумага, карандаш)

переносит нас к реке. Баржи, штабеля леса, грузовик, краны и фигуры рабочих складываются в связную картину трудового дня. Диагонали стрел оживляют композицию, а широкое светлое небо позволяет ощутить простор Днепра. Здесь хорошо видно, как большое строительство складывается из множества отдельных, согласованных действий.

В произведении «Строительство. Новая Каховка» (1951, бумага, карандаш)

перед нами город, ещё окружённый лесами и подъёмными механизмами. На переднем плане лежат доски и строительные материалы, выше поднимаются стены домов, а над ними — тонкие вертикали кранов. Художник последовательно ведёт взгляд от близких предметов к дальним постройкам. Лёгкая штриховка оставляет пространство наполненным воздухом: город ещё строится, но в нём уже угадывается будущая жизнь.

Энергия созидания: Каховская ГЭС в произведениях Ивана Ботько

Есть в музейном собрании произведения, в которых словно до сих пор звучит великая стройка: перекликаются рабочие, гудят машины, мерно движутся стрелы кранов. На полотне и бумаге сохраняется не только облик будущих сооружений — остаётся живое дыхание времени, когда тысячи людей соединяли свои знания, силы и надежды в общем деле.

19 октября 1959 года Каховская гидроэлектростанция была принята в промышленную эксплуатацию. Сегодня Херсонский областной художественный музей обращается к истории её строительства — и к произведениям художника, который стал внимательным свидетелем рождения гидроузла и нового города.

Строительство началось в 1950 году. На берегах Днепра прокладывали дороги, разрабатывали котлованы, возводили плотины, монтировали оборудование. Одновременно росла Новая Каховка — город строителей и энергетиков. Первый гидроагрегат станции запустили 18 октября 1955 года, последний, шестой, — в октябре 1956-го. Принятие ГЭС в промышленную эксплуатацию в 1959 году стало важной вехой этой большой работы.

Каховская ГЭС была стройкой народов всего Советского Союза. Сюда приезжали люди из разных республик, привозя с собой профессиональный опыт, семейные традиции, родную речь. Инженеры и бетонщики, монтажники и водители, машинисты и сварщики трудились рядом. Заводы поставляли технику и оборудование, проектировщики выполняли сложнейшие расчёты. За величественным обликом гидроузла стоял повседневный труд множества людей — разных по происхождению, но объединённых общей задачей.

Масштабная стройка привлекала художников. Их интересовали и новая индустриальная панорама, и выразительный рисунок металлических конструкций, и человек, способный воплотить инженерный замысел. Среди мастеров, запечатлевших строительство Каховской ГЭС, был Иван Иванович Ботько (1914–1990) — живописец и график, чья творческая судьба тесно связана с Херсоном.

Родившийся в Нью-Йорке, Ботько получил художественное образование в Одесском художественном училище, где учился в 1945–1949 годах. С 1949 года состоял в Союзе художников СССР, с 1951-го работал в Херсонском товариществе художников. Он создавал пейзажи, портреты, натюрморты, обращался к пастели, карандашному рисунку и масляной живописи. Особое место в его наследии заняли произведения, посвящённые труду.

Иван Ботько — участник Великой Отечественной войны. Он служил в составе 28-й армии Первого Белорусского фронта, был награждён медалями «За отвагу», «За боевые заслуги», орденом Отечественной войны II степени. Даже в военные годы художник не расставался с рисунком, создавая натурные зарисовки и портреты однополчан. Этот опыт непосредственного наблюдения продолжился в его художественных репортажах со строительства Каховской ГЭС.

🖼 Невельштейн Самуил Григорьевич (1903-1983) г. Херсон-Ленинград. Черная река. 1949. Холст, масло.

В картине Невельштейна осень приобретает более драматическое звучание. Тёмная вода, низкое небо, обнажённые деревья и тяжёлая земля создают образ природы, погружённой в глубокое раздумье. Река становится главным эмоциональным центром произведения: она отражает небо, принимает его холодные оттенки и уносит взгляд вдаль.
Название «Чёрная река» звучит почти как метафора времени. В нём есть и тревога, и память, и движение жизни, которое не прекращается даже в самых тихих и сумрачных состояниях природы. Такой пейзаж напоминает, что пушкинская осень — это не только золотой праздник красок, но и пора философских размышлений о судьбе, пути и быстротечности бытия.

А.С.Пушкин
Элегия
Безумных лет угасшее веселье
Мне тяжело, как смутное похмелье.
Но, как вино — печаль минувших дней
В моей душе чем старе, тем сильней.
Мой путь уныл. Сулит мне труд и горе
Грядущего волнуемое море.
Но не хочу, о други, умирать;
Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать;
И ведаю, мне будут наслажденья
Меж горестей, забот и треволненья:
Порой опять гармонией упьюсь,
Над вымыслом слезами обольюсь,
И может быть — на мой закат печальный
Блеснет любовь улыбкою прощальной.
1830 г.

Осенние произведения херсонских художников и строки Пушкина встречаются в одном пространстве — пространстве живого чувства. Здесь золотой лес, холодная вода, низкое небо и тихая дорога становятся языком, на котором природа говорит с человеком.
Пусть эта осень подарит каждому из нас минуты тишины, вдохновения и внимательного взгляда на окружающий мир. Ведь иногда достаточно остановиться у окна, услышать шорох листьев или увидеть отражение неба в реке, чтобы почувствовать: жизнь продолжается.

На заставке: Портрет А.С.Пушкина. Давыдов Анатолий Захарович (1923-2009) г. Санкт-Петербург Заслуженный художник РФ (1999). 1986. Бумага, автолитография. Херсонский областной художественный музей.

🏛 Ваш Херсонский областной художественный музей

🖼 Быков Анатолий Федорович (1939 г. р.) г. Херсон. Конец сентября. 2005. Холст, масло.

Пейзаж Быкова отмечен ощущением зрелой осени. Это уже не праздничное начало сезона, а время, когда природа постепенно замедляет свой ход. В серовато-коричневой гамме, в тонких переходах цвета и мягкой дымке художник передаёт состояние тишины, наступившей после дождей и ветров.
«Конец сентября» — образ осени задумчивой, почти медитативной. Но в этой сдержанности нет безысходности: свет продолжает жить в небе, а земля хранит тепло ушедшего лета. Подобное сочетание грусти и душевной ясности особенно характерно для пушкинской лирики.

А.С.Пушкин
19 октября 1825 (Отрывок)
Роняет лес багряный свой убор,
Сребрит мороз увянувшее поле,
Проглянет день как будто поневоле
И скроется за край окружных гор.
Пылай, камин, в моей пустынной келье;
А ты, вино, осенней стужи друг,
Пролей мне в грудь отрадное похмелье,
Минутное забвенье горьких мук.
1825 г.

🖼 Курнаков Георгий Васильевич (1887-1977) г. Мелитополь-Херсон. Заслуженный деятель искусств УССР. Осеннее утро. 1953. Картон, масло.

Совсем иным настроением наполнено «Осеннее утро». Здесь художник обращается к светлой стороне осени — к её ясности, свежести и золотистому сиянию. Деревья словно вспыхивают в мягком солнечном свете, а пространство пейзажа раскрывается навстречу зрителю.
В этой работе ощущается радость нового дня, тишина раннего часа и особая чистота осеннего воздуха. Так могла бы звучать пушкинская строка о «прозрачном лесе», который «как будто пухом зеленеет», — с той разницей, что херсонский художник находит свою интонацию в красках южной природы.

А.С.Пушкин
Осеннее утро
Поднялся шум; свирелью полевой
Оглашено моё уединенье,
И с образом любовницы драгой
Последнее слетело сновиденье.
С небес уже скатилась ночи тень.
Взошла заря, блистает бледный день —
А вкруг меня глухое запустенье…
Уж нет её… я был у берегов,
Где милая ходила в вечер ясный;
На берегу, на зелени лугов
Я не нашёл чуть видимых следов,
Оставленных ногой её прекрасной.
Задумчиво бродя в глуши лесов,
Произносил я имя несравненной;
Я звал её — и глас уединенный
Пустых долин позвал её в дали.
К ручью пришёл, мечтами привлечённый;
Его струи медлительно текли,
Не трепетал в них образ незабвенный.
Уж нет её!.. До сладостной весны
Простился я с блаженством и с душою.
Уж осени холодною рукою
Главы берёз и лип обнажены,
Она шумит в дубравах опустелых;
Там день и ночь кружится жёлтый лист,
Стоит туман на волнах охладелых,
И слышится мгновенный ветра свист.
Поля, холмы, знакомые дубравы!
Хранители священной тишины!
Свидетели моей тоски, забавы!
Забыты вы… до сладостной весны!
1816 г.

🖼 Брюммер Леонид Владимирович (1882-1971) г. Херсон. "Уж небо осенью дышало". 1948. бумага, масло.

Название произведения напрямую обращается к пушкинской строке и сразу задаёт его поэтический ключ. В работе Брюммера осень — это прежде всего состояние неба. Оно тяжелеет, темнеет, наполняется влагой; низкий горизонт и приглушённая палитра создают настроение ожидания дождя и ветра.
Пейзаж словно находится на границе двух состояний: ещё сохраняется память о тепле, но уже чувствуется приближение холодов. Именно такая переменчивость — способность природы одновременно печалить и восхищать — составляет особую прелесть пушкинской осени.

А.С.Пушкин
Уж небо осенью дышало… (отрывок из «Евгения Онегина»)
Уж небо осенью дышало,
Уж реже солнышко блистало,
Короче становился день,
Лесов таинственная сень
С печальным шумом обнажалась,
Ложился на поля туман,
Гусей крикливых караван
Тянулся к югу: приближалась
Довольно скучная пора;
Стоял ноябрь уж у двора.

🖼 Курнаков Георгий Васильевич (1887-1977) г. Мелитополь-Херсон. Заслуженный деятель искусств УССР. Осенью в Гидропарке. 1965. Картон, масло.

В картине Курнакова осень предстаёт в своём южном, херсонском обличье. Здесь нет густой северной позолоты: пейзаж словно наполнен прохладным дыханием Днепра, серебристым светом и просторным небом. Мягкие мазки передают зыбкость воздуха, движение воды и ощущение перемены, когда природа постепенно освобождается от летней пышности.
Гидропарк изображён как место созерцания и покоя. В этом пейзаже особенно близко пушкинское восприятие осени — не как увядания, а как освобождения пространства, когда взгляд устремляется вдаль, а мир становится прозрачнее.

А.С.Пушкин
Осень (отрывок)
Унылая пора! Очей очарованье!
Приятна мне твоя прощальная краса —
Люблю я пышное природы увяданье,
В багрец и в золото одетые леса,
В их сенях ветра шум и свежее дыханье,
И мглой волнистою покрыты небеса,
И редкий солнца луч, и первые морозы,
И отдаленные седой зимы угрозы.
1833 г