📌 #НевыдуманныеИстории

Чжун Куй: чиновник, который не сдал экзамен и стал грозой эпидемий
 
Император Сюань-цзун, возвращаясь с военных учений на горе Ли, слег от малярии. Лекари и шаманы перепробовали всё, но жар не спадал больше месяца. И в бреду императору приснился сон.
 
По дворцу снуёт мелкий бес в красных штанах: стащил нефритовую флейту и вышитый мешочек любимой наложницы, пляшет, кривляется и дразнит государя. Император зовёт стражу — но вместо стражи появляется страшный человек. Громадный, с всклокоченной бородой и в чиновничьем халате. Он хватает беса и, разинув страшную пасть, проглатывает его.
 
Это учёный по имени Чжун Куй с горы Чжуннань. На столичных экзаменах он потерпел неудачу — и, не вынеся позора, покончил с собой, разбив голову о дворцовые ступени. Император из сочувствия пожаловал ему чиновничий халат для похорон. Тронутый этим благодеянием, дух Чжун Куя дал клятву уничтожать всякую нечисть в Поднебесной.
 
Император проснулся полностью здоровым.
 
Тотчас после пробуждения, он призвал великого художника У Даоцзы и велел написать портрет Чжун Куя по своему рассказу. Тот изобразил громадную фигуру, сросшиеся брови, выпученные глаза и бороду лопатой. На голове чиновничья шапка с «крылышками»-ловушками для демонов, халат красный — цвет, отпугивающий нечисть. В руке меч, нога поднята, как в танце Нуо — древнем обряде изгнания мора. За спиной — свита из пяти укрощённых бесов.
 
Император, поражённый точностью рисунка, повелел разослать копии по всей Поднебесной. Чжун Куй стал мэньшэнем — божеством-хранителем дверей. В пятый день пятого лунного месяца, на праздник Дуаньу, его изображение стали прикреплять у входа в дом, дабы отогнать болезни и нечисть. Выбор не случаен: с Дуаньу начинался «ядовитый месяц» — приход летней жары, время эпидемий и повальных болезней.
 
В мире, где о микробах ещё ничего не знали, болезнь нередко объясняли вторжением злых духов или демонов. Например, в китайской мифологии существовал дух «нюэ гуй», «демон лихорадки», который, как считалось, жил в реке Янцзы и насылал малярию. Поэтому защитник от нечисти автоматически становился и защитником от хвори. Против невидимого врага нужен был невидимый страж — грозный, безжалостный, с мечом наперевес. Чжун Куй идеально подходил на эту роль: его свирепый облик сам по себе должен был отпугивать болезнь.
 
Со временем оберег стал ещё и лекарством: считалось, что сила героя переходит в пепел сожжённого изображения.
 
Ли Шичжэнь в «Своде лекарственных веществ» (1590) пишет: пепел от сожжённого изображения левой ноги Чжун Куя, смешанный с водой, помогает при тяжёлых родах.
 
Там же он цитирует рецепт от демонической малярии: сжечь бумажного Чжун Куя, две щепотки пепла смешать с асафетидой, мышьяком и киноварью, скатать пилюли размером с горошину и принимать по одной в момент приступа.
 
Был ли Чжун Куй реальным человеком? Скорее всего, нет: никаких записей о таком чиновнике не существует. Учёный XVII века Гу Яньу предположил, что имя происходит от слова «чжункуй» — названия ритуальной колотушки, которой в обрядах Нуо изгоняли духов. Инструмент экзорцизма оброс биографией и стал человеком.
 
Прошло уже тринадцать веков, и теперь мы знаем о природе болезней и способах борьбы с ними куда больше. Однако Чжун Куй по-прежнему рядом. Его устрашающее лицо можно встретить в китайской опере, романах, видеоиграх, комиксах и фильмах. И он по-прежнему настороже…