«Человеческая» литература ищет. ИИшная — отвечает
Объявили лауреатов «Ясной Поляны» этого года. Если убрать имена и детали, остаётся ясная картина: премия собрала книги не о победах и не о готовых истинах, а о кризисе — веры, идентичности, смысла. Это, пожалуй, и есть самое честное, что литература может сказать о нашем времени: определённость исчезла, и литература не делает вид, что знает выход. Она фиксирует сам процесс поиска.
На контрасте — Сбербанк. С помощью нейросети GigaChat дописал «Мёртвые души. Второй том. Возрождение». Уже вышел тираж и поступил в продажу. Над проектом полтора года работала команда историков, литературоведов, лингвистов и инженеров. Нейросеть обучали на полном собрании сочинений Гоголя, его письмах, черновиках, записных книжках, а также на текстах современников и философских источниках.
Вся сила сожжённой рукописи была именно в невозможности закончить. Гоголь не мог написать «правильное» продолжение, не соврав. Второй том не складывался, потому что не складывалась сама Россия, сам человек, сама атмосфера. Признание, что ответа нет, что путь важнее финала, — это, может быть, самый честный текст русской литературы, даже если он не написан.
ИИ, в отличие от Гоголя, не умеет останавливаться. Он дописывает то, что человек сжигает. Он проходит путь до конца, потому что не знает, где остановиться и что значит не смочь.
Возникает вопрос, который касается не только Гоголя: ценность литературы в том, чтобы дать ответ, или в том, чтобы выдержать паузу в незнании и только потом продолжать искать?
Нейросети удивительным образом подсвечивают нам то, на что надо обратить внимание в самих себе в первую очередь.
Ценить неопределённость больше определённости, процесс, а не результат, человеческие смыслы, а не экономический рост и технологическое превосходство.
Пожалуй, это и есть главное влияние на гуманитарную сторону жизни. Иначе нашим детям придётся читать второй том «Мертвых душ» и писать по нему сочинения, размышляя о том, какой алгоритм использовала сеть и на каком объёме данных обучалась (а вовсе не о том, «как предыстория Чичикова раскрывает его характер» и не об «образе дороги и скачущей тройки в идейно-художественной системе поэмы»).
Пётр Тренин-Страусов
Объявили лауреатов «Ясной Поляны» этого года. Если убрать имена и детали, остаётся ясная картина: премия собрала книги не о победах и не о готовых истинах, а о кризисе — веры, идентичности, смысла. Это, пожалуй, и есть самое честное, что литература может сказать о нашем времени: определённость исчезла, и литература не делает вид, что знает выход. Она фиксирует сам процесс поиска.
На контрасте — Сбербанк. С помощью нейросети GigaChat дописал «Мёртвые души. Второй том. Возрождение». Уже вышел тираж и поступил в продажу. Над проектом полтора года работала команда историков, литературоведов, лингвистов и инженеров. Нейросеть обучали на полном собрании сочинений Гоголя, его письмах, черновиках, записных книжках, а также на текстах современников и философских источниках.
Вся сила сожжённой рукописи была именно в невозможности закончить. Гоголь не мог написать «правильное» продолжение, не соврав. Второй том не складывался, потому что не складывалась сама Россия, сам человек, сама атмосфера. Признание, что ответа нет, что путь важнее финала, — это, может быть, самый честный текст русской литературы, даже если он не написан.
ИИ, в отличие от Гоголя, не умеет останавливаться. Он дописывает то, что человек сжигает. Он проходит путь до конца, потому что не знает, где остановиться и что значит не смочь.
Возникает вопрос, который касается не только Гоголя: ценность литературы в том, чтобы дать ответ, или в том, чтобы выдержать паузу в незнании и только потом продолжать искать?
Нейросети удивительным образом подсвечивают нам то, на что надо обратить внимание в самих себе в первую очередь.
Ценить неопределённость больше определённости, процесс, а не результат, человеческие смыслы, а не экономический рост и технологическое превосходство.
Пожалуй, это и есть главное влияние на гуманитарную сторону жизни. Иначе нашим детям придётся читать второй том «Мертвых душ» и писать по нему сочинения, размышляя о том, какой алгоритм использовала сеть и на каком объёме данных обучалась (а вовсе не о том, «как предыстория Чичикова раскрывает его характер» и не об «образе дороги и скачущей тройки в идейно-художественной системе поэмы»).
Пётр Тренин-Страусов
Просмотры: 6
