В октябре 1840 года Гоголь писал Елизавете Погодиной:

«Знаю и душу вашу, и сердце; и если б вы знали, как я чувствую сильно и глубоко вашу дружескую приязнь ко мне. Это правда, что вы на мне, может быть, видели часто в Москве черствую невыражающую наружность. Но виною этому не душа, не сердце, не я, но мои обстоятельства тогдашние, которые мне мешали почти всегда быть тем, чем бы я хотел быть, то есть мною, со всеми моими грехами и пороками и, может быть, двумя-тремя истинно хорошими чертами: любить не притворно и не на заказ друзей своих. Вы себе, верно, не можете представить, как меня мучит мысль, что я был так деревян, так оболванен, так скучен в Москве, так мало показал моих истинных расположений, и так невольно скрытен и неоткровенен, и черств, и сух. — Если бы вы знали, как я горевал потом, когда выехал из Москвы, что я вел себя так дурно. Мнением людским, конечно, я не дорожу, но мнением друзей... а они все меня любят, несмотря на то, что я был, просто, несносен».

* Елизавета Васильевна Погодина, урожденная Вагнер (1809—1844) — жена историка Михаила Петровича Погодина, с которым Гоголь был дружен. Писатель обычно останавливался в доме у Погодиных, когда приезжал в Москву.

#СовременникиГоголя