Загружаем изображение…
Загружаем изображение…
👑КАК ПЕТР I-ый БОРОЛСЯ С НЕГРАМОТНОСТЬЮ.
31 января 1714 года Петр I издал указ, который сегодня кажется курьезным: дворянам запрещалось жениться, если они не владели основами арифметики и геометрии. Этот эпизод блестяще запечатлен на литографии Д. Н. Кардовского «Смотр новиков» (1909) из знаменитой серии «Картины по русской истории».
Петр Великий был одержим идеей превратить дворянство в служилое сословие. Освобожденные от налогов, дворяне взамен были обязаны трудиться на благо государства. Царь действовал с неумолимой последовательностью: он не только принуждал к службе, но и следил за образованием. Тех, кто не освоил «цифирь и геометрию», архиереям было строго запрещено венчать. Регулярно проводились смотры «недорослей» от 10 до 30 лет, не состоявших на службе.
По итогам таких проверок молодых людей распределяли в гвардию, армию, на флот или в канцелярии. Тех, кто был еще слишком мал, отправляли учиться или отпускали домой до следующего смотра. Служба начиналась в 15 лет и длилась пожизненно — отставка была невозможна, освободить от долга могли лишь тяжелые раны или неизлечимая болезнь.
К «нетчикам» — тем, кто уклонялся от смотров или службы, — Петр был беспощаден. Их ждали кнут, каторга, конфискация имущества и даже смертная казнь. Пушкин очень точно охарактеризовал петровские указы того времени: они были «нередко жестоки, своенравны и, кажется, писаны кнутом».
Яркий пример — указ от 23 августа 1720 года. За неявку в Военную коллегию «преслушникам» грозило клеймение (вырезание ноздрей), битье кнутом и вечная каторга. Та же участь ждала и тех, кто их укрывал, а доносчикам обещали всё имущество провинившегося.
Однако даже страх перед жестокой расправой не всегда достигал цели. Многие дворяне продолжали уклоняться от службы, вплоть до того, что добровольно записывались в «подушный оклад», теряя сословные привилегии, лишь бы избежать государева тягла. Обилие однотипных, всё более суровых указов свидетельствует о том, что они исполнялись из рук вон плохо: страх перед пожизненной службой оказывался сильнее страха перед царским гневом.