На сцену выходит Её Величество Непереносимость фрустрации!
Сегодня в клубе "Фокус внимания" разбираем, как непереносимость фрустрации переходит в агрессию и поведенческие взрывы.
Разбираем:
- типы реакции на фрустрацию и почему тихое "ну ладно" иногда опаснее открытого бунта.
- как самообвинение становится красным флагом высокой тревожности и страха потерять родительскую любовь.
- кейсы: невроз и аутоагрессия из-за домашних заданий, побег из класса и подростковое хамство.
- алгоритмы для родителей: как правильно поддерживать и применять игнорирование.
Присоединяйтесь к подписке👇
https://vk.ru/adhd_izh?w=donut_payment-220965698&levelId=4163При астении и истощаемости мишень другая. Нам не нужно возвращать волевой контроль – мальчик и так умеет собираться. Наша мишень здесь – управление ресурсом и грамотное распределение энергии.
Мы берем те же самые инструменты, но разворачиваем их под другие задачи:
⌚Визуальные таймеры мы используем не для того, чтобы заставить ребенка сидеть на месте, а для внедрения «дробного подхода», чтобы не допускать его истощения и ухода в прострацию.
🪙Жетонная система применяется не для подавления импульсивности, а для того, чтобы снизить общий уровень стресса в семье, выстроив четкие, понятные и посильные правила. Это снизит родительское давление и уберет у подростка необходимость защищаться через саботаж и обман.
Мы не заставляем его «стараться лучше», мы создаем внешнюю среду, которая позволяет его батарейке заряжаться вовремя, не садиться «в ноль» и возвращает ребенку ощущение безопасности.
На консультации мама с сыном 12 лет. Мама жалуется на то, что мальчик плохо учится, не выполняет домашние задания, в любое свободное время бегает гулять, обманывает и совершенно не слушается родителей, отлынивая от поручений по дому. Ребенка уже водили к психиатру и неврологу, которые исключили СДВГ и не поставили никаких диагнозов.
В процессе раздельного интервью с мамой и ребенком становится понятно, что за так называемым «непослушанием», обманом и отказами от домашних дел стоит вовсе не лень или падение мотивации. Это выработанная стратегия избегания. Длящиеся годами ситуация школьного неуспеха и давление со стороны взрослых сформировали такой уровень стресса, что уходы из дома и саботаж стали для истощенной психики ребенка единственным способом защитить себя от непосильных требований.
Поведенческая терапия в данном случае показана, но нужно понимать, что реально происходит у ребенка в голове и что стоит за этим избеганием. Чтобы добиться успеха, наши требования должны быть соразмерны его актуальным возможностям, поэтому я провожу диагностику когнитивных процессов.
И выявляю интересный факт: у мальчика очень специфический график работоспособности. Ресурса активного внимания у него хватает всего на 1,5 минуты. После этого работоспособность резко падает, нервная система переходит в стадию охранительного торможения, и ребенок физиологически «выключается», зависает.
СДВГ? А смотрим дальше. После спада мальчик волевым усилием возвращает себя в работу и снова выдает хороший результат. Правда, работать он может недолго: вскоре внимание падает снова, причем еще ниже – работоспособность у ребенка нестабильная, она то есть, то нет, словно «мерцает».
Я полностью согласна с врачами, которые смотрели мальчика до меня: это не СДВГ. При истинном СДВГ присутствует импульсивность и отсутствие тормозного контроля. У детей с СДВГ как будто бы нет воли для самостоятельного возвращения в деятельность – их приходится возвращать кому-то, кто берет на себя ответственность быть их «лобными долями». Этот же мальчик, напротив, показывает высокую поведенческую дисциплину: у него есть воля, чтобы собраться и вернуться в работу. Его нервная система умеет тормозить и подчиняться правилам.
Поэтому на первый план выходит выраженная церебрастеническая истощаемость (астения), а вовсе не проблема внимания, воли или пресловутая «лень».
Вполне закономерно, что с такими особенностями мальчик будет учиться плохо (он уже в шестом классе, программа сложная и абстрактная). Вот он сел на уроке, учительница начала объяснять, а через полторы минуты он перестал воспринимать, потому что батарейка села. При этом в классе он не бегает и не срывает уроки – дисциплина позволяет ему удерживать позу. Но он просто «выпадает» из процесса: может бегать глазами, стереотипно перебирать канцтовары, ковырять край стола, пытаясь хоть как-то справиться с истощением.
Пока он был в этой вынужденной паузе, учительница ушла в объяснениях далеко вперед. Из-за своей мерцающей работоспособности он пропускает куски сложного материала, ничего не понимает и ходит в двойках.
А мама видит, как он зависает над домашкой дома. Эта прострация – признак того, что он сейчас выключен, что мозг ушел в «спящий режим», чтобы не перегореть. Ему нужно сделать грамотную паузу, подзарядиться, чтобы потом вернуться. А вернуться он может – диагностика показывает, что у него достаточно воли и контроля.
И здесь мы подходим к самому главному: почему при такой картине показана поведенческая терапия, использующая те же самые инструменты, что и при СДВГ? В этом и заключается ценность диагностики: она показывает, как правильно определить мишень. Инструменты могут быть одними и теми же, а цели – совершенно разные.
При СДВГ главная мишень – волевой контроль и удержание в деятельности. Поскольку у ребенка дефицит тормозных функций, мы с помощью внешних инструментов берем на себя роль его «лобных долей», помогая не отвлекаться.
Ведём исторический спор:
Дима: Иван Грозный - третий.
Я: Нет, Иван Грозный - четвёртый.
Дима: Нет, четвёртый - это Пётр Первый.
А вы о чем разговариваете, когда уроки сделаны?
Сегодня с утра готовилась к очередной консультации и составила вот такую схему.
На прием приходит очень много тревожных детей, и во время бесед с родителями часто приходится объяснять, как вообще возникает детская тревога и что лежит в ее основе, потому что причины не всегда очевидны.
Чтобы сделать этот материал более доступным, сделала такую наглядную картинку. Она будет храниться в кабинете, чтобы при случае можно было легко, понятно и структурно объяснить родителям, как связаны правила, границы и чувство безопасности ребенка.
