Вы имеете право быть кем-то ещё
Иногда думаешь об известном писателе и вдруг понимаешь: за именем, которое мы помним со школы, стояла гораздо более широкая жизнь.
Вот Чехов. Для нас прежде всего — рассказы, пьесы, книги на полке. Но он ещё и врач, который бесплатно принимал больных, участвовал в борьбе с холерой, помогал строить школы. Литература была огромной частью его жизни, но не вмещала его целиком.
Или Владимир Набоков. Мы знаем его как писателя, а он ещё и серьёзно изучал бабочек: работал с коллекцией в Гарвардском музее, занимался исследованиями, публиковал научные статьи. В его жизни находилось место и литературе, и науке — двум занятиям, каждое из которых требовало знаний, терпения и увлечённости. Одного определения «писатель» было явно недостаточно, чтобы рассказать об этом человеке.
Меня в таких историях цепляет вот что: как много мы могли бы не узнать о человеке, если бы он однажды решил, что уже нашёл себе окончательное определение.
Мы ведь тоже незаметно привыкаем объяснять себя через одну роль. Я мама. Я руководитель. Я хороший специалист. Я та, на которой всё держится. И постепенно за привычным ответом на вопрос «кто я?» становится трудно расслышать другой: «А чего я теперь хочу?»
Чем больше сил отдано одной роли, тем труднее разрешить себе выйти за её пределы.
Здесь тебя знают, ценят, спрашивают твоего совета. Ты умеешь справляться, понимаешь, чего от тебя ждут. А в новом деле придётся задавать простые вопросы, ошибаться, переделывать. Возможно, учиться у тех, кто моложе тебя. Возможно, какое-то время делать плохо то, что очень хочется научиться делать хорошо.
Женщины часто думают: «Мне уже поздно что-то менять. Поздно становиться учеником. Что скажут люди? Решат, что я сошла с ума».
Но разве чужое мнение должно определять, сколько нового нам ещё позволено?
Иногда за словами «я здесь незаменима» скрывается очень понятный страх: если без меня справятся, то кому я буду нужна? Если перестану всё решать, всех выручать, быть самой опытной — за что меня тогда будут ценить?
И тогда даже усталость бывает легче терпеть, чем попробовать жить иначе.
Особенно тяжело становится тогда, когда человек перестаёт видеть себя за пределами привычной роли. Любая неудача в работе ощущается, как собственная несостоятельность. Самостоятельность детей — как потеря смысла. Необходимость учиться — как доказательство того, что ты ничего не стоишь.
Но наша ценность сохраняется и там, где у нас пока ничего не получается.
Можно быть начинающей и заслуживать уважения. Можно оставить занятие, которому отдала много лет, и с благодарностью относиться к этому времени. Можно любить семью и хотеть чего-то ещё для себя.
Не обязательно немедленно менять профессию или переворачивать всю жизнь. Иногда достаточно признаться: мне стало интересно другое. Я хочу попробовать. Я пока не умею, но готова учиться.
Возможно, одна из самых смелых вещей во взрослой жизни — позволить себе этот шаг, когда все уже привыкли видеть тебя определённой.
Мне очень близки люди, которые сохраняют любопытство к себе. Которые и в сорок пять, и в пятьдесят пять, и в шестьдесят могут сказать: «А вот этого я о себе ещё не знаю. Хочу узнать».
Если вы все же решили что-то менять в своей жизни, но чувствуете большое сопротивление или препятствие, приглашаю решить ваш вопрос вместе. Пишите "Хочу разговор". В октябре все сессии провожу бесплатно.