Ходил писать заявление.

К визиту подготовился: распечатал два готовых объяснения и взял две ручки. Угандийская полиция настолько честная, что у них заканчиваются бланки и теряются ручки.

Райотдел выглядел как участковый пункт в глубинке: скучающие милиционеры, запах туалета и плакаты о холере.

Перед тем как взять объяснение, на меня начали смотреть со значением, которое измерялось в шиллингах. Я не дал. Тогда выяснилось, что в отделе закончились бланки. И у них, и в соседнем участке. Мы поулыбались друг другу, и бланки нашлись.

Самое трудное было объяснить, почему я прошу указать две сим-карты: телефон-то украли один! Состоялся консилиум, и мне принесли заявление с двумя одинаковыми номерами.

– Спасибо, что два раза написали. Но номера-то у симок разные.

Мы зашли к большой женщине в звании не ниже лейтенанта. Я объяснил, что одна симка была в телефоне, другая в чехле. Один плюс один равно два. И это два разных номера. Она сочувственно покивала: да-а-а, Кололо опасный район (это если бы вам сообщили, что Арбат – опасный район).

Принесли ещё заявление. В нём значился номер телефона одной сим-карты и серийник другой.

– Отлично, говорю. А теперь укажите, пожалуйста, второй номер.

Призвали майора. Он выслушал и говорит:

–Два номера? Так, а чего у вас, два телефона, что ли, украли?!

Я нарисовал картинку: телефон и две симки. Раздался крик майора: «МУЗИМА!!!»

Пришёл толковый сержант Музима, пощебетал на луганда и заявил: «Тогда я напишу два заявления с двумя разными номерами!»

Я обнял его:

–Пиши, брат!!!

Пока ждал, нашёл у крылечка заброщенный «Урал». Видимо, его подарили в очередном припадке любви к братскому народу. Братский народ решил, что, если подарок сломался, неча его и чинить.

Через полтора часа вышел из участка с бумагами. По угандийским меркам – скорость света.